Слоан Уилсон - Место летнего отдыха

Играя на танцах, Джон часто совершенно забывал об аудитории. После исполнения песни он поднимал голову и, видя лица собравшихся людей, иногда краснел, словно его застали врасплох обнаженного. Девушки из академии мисс Арден в Хартфорде постоянно поддразнивали Джона, пытаясь заставить его танцевать. «Можем поспорить, – говорили они, – танцор ты великолепный, но выяснить наверняка у нас не получается: ты почему-то стесняешься танцевать!»

Уже не первый месяц Джон пытался написать свою музыку. Он по полночи просиживал под одеялом с электрическим фонариком – свет в общежитии ночью зажигать запрещали – глядел на аккуратно разлинованную нотную бумагу и усердно наносил на нее ноты. Ничего хорошего не получалось, и он было оставил эту затею, но стихотворение Молли «Нет» заставило его попытаться снова.

Две недели он трудился над песней каждую свободную минуту. Когда работа была закончена, он ясно понял, что его произведение весьма далеко от совершенства, хотя получилась в общем-то неплохая и простая мелодия. Беда в том, что слова Молли не слишком хорошо ложились на эту музыку – он не очень хотел петь или писать от лица Молли; он хотел петь о ней от своего лица. В надежде, что она не будет возражать, он немножко изменил слова. Он не умел писать стихи, как Молли, и ему пришлось преодолеть сильное смущение, но он надеялся, что в песне такие слова допустимы. Вот что он написал:

«НЕТ»

Слова: по мотивам стихотворения Молли Картер. Музыка Джона Хантера

Джон мучительно покраснел, когда перечитывал это, и не на шутку разозлился, когда Уоллер застал его за исполнением песни. Несколько недель он оттачивал мелодию, все откладывая отправку нот Молли, но, наконец, решился.

Молли это смутило, но и доставило радость, потому, что он положил ее стихи на музыку. Однажды в воскресенье рано утром она тайком пробралась в актовый зал, когда там никого не было, и села за пианино. Играла она неважно, и, чтобы набрать мелодию двумя пальцами, потребовался целый час. Наконец, схватив мотив, она проиграла его с десяток раз. Такое исполнение не позволяло толком судить о музыке, но все равно песня ей очень понравилась.

Весной Хелен решила исполнить свою давнюю мечту и купить «Кадиллак». «Почему бы и нет? – сказала Маргарет. – В конце концов, должна ты как-то отметить свое освобождение от Кена, и если кто-нибудь и заслужил „Кадиллак", то, Бог свидетель, это ты».

Покупку автомобиля поручили старому Брюсу. Он всегда гордился своей способностью приобретать вещи дешевле, чем это удавалось другим, в особенности машины, и он стал объезжать все гаражи фирмы «Кадиллак» в Буффало и его окрестностях. Вместе с женой и дочерью они прочитали все рекламные проспекты, какие только могли найти, а вечерами сидели и сравнивали достоинства и недостатки «Флитвудов», «Эльдорадо» и других моделей. Хелен четко представляла, чего ей хочется; самый большой и внушительный лимузин, какой только бывает. Правда, произнести это вслух она не решалась. Когда Брюс пригонял к дому модели меньшего размера, чтобы показать их, она говорила:

– Пап, тебе не кажется, что нам нужна машина попросторнее? Может, когда-нибудь мы соберемся в дальнюю поездку.

Наконец Брюс нашел именно то, что искал: черный лимузин невероятных размеров, который использовался похоронным бюро для перевозки участников траурных процессий. Владелец похоронного бюро сам недавно умер, и машина была выпущена всего год назад; как сказал Брюс, это гораздо лучше, чем новая, и вообще, на ней никогда не ездили со скоростью свыше двадцати миль в час.

Хелен и Маргарет пришли в полный восторг. Сидя на мягком сером чехле заднего сиденья, они чувствовали себя герцогинями. Кроме того, машина была оборудована чудесным приспособлением: между задним сиденьем и динамиком над головой водителя была проведена телефонная связь. Маргарет, ярая приверженица езды на заднем сиденье, находила маленькие радости в том, чтобы удобно расположиться сзади и говорить в телефонную трубку: большой прогресс, по сравнению с прежними временами, когда приходилось наклоняться вперед и повышать голос, чтобы отчитать мужа. Брюсу телефон тоже понравился. На второй день после покупки машины он снова отогнал ее в гараж «для проверки» и попросил установить под динамиком выключатель. Ему доставляло наслаждение дать Маргарет поговорить пару минут, а потом легким щелчком отключить ее голос. Секретный выключатель защищал его от многословных комментариев супруги – достаточно было изредка в знак согласия кивать головой.