Слоан Уилсон - Место летнего отдыха

– Так-то лучше, – с явным облегчением ответил мистер Колфилд. – Скажи, где ты его прячешь, я попрошу кого-нибудь из учителей принести его.

– Я сам принесу, – заявил Билл и вышел из комнаты, как всегда, слегка бледный, но с виду спокойный.

Мистер Колфилд набрал номер телефона.

– Мистер Нили, – обратился он. Последовала пауза. – Он только что пошел за пистолетом. Думаю, лучше бы вам пройти вместе с ним.

Положив трубку, мистер Колфилд повернулся во вращающемся кресле и взглянул на свидетелей.

– Как все это получилось? – спросил он.

– Мы просто немного подшучивали над ним, – сказал Дик Уоллер.

– Каким именно образом подшучивали?

– Просто валяли дурака, – ответил Дик Уоллер. – Мы сорвали с него одеяло.

– Вам не следовало делать этого, – упрекнул мистер Колфилд. – Хотя, конечно, это нисколько не оправдывает его…

– Вы просто не понимаете, – сказал Джон.

– Не понимаю? – одна бровь на лице мистера Колфилда поднялась. Он очень гордился своей способностью приподнимать одну бровь, в то время как другая оставалась неподвижной.

– Нет, вы не понимаете, – повторил Джон.

В этот момент с улицы послышался крик. Выглянув из окна, Джон увидел мистера Нили, бегущего по двору с открытым ртом. Тяжело дыша, он ворвался в кабинет мистера Колфилда и проговорил:

– Он удрал! Он удрал!

Понять мистера Нили было довольно трудно, но, наконец, он смог связно объяснить, что же произошло. Машина мистера Нили стояла напротив его квартиры в общежитии. Он оставил ее там, потому что жена собиралась поехать в больницу на процедуры. Билл Норрис украл ее. Выйдя из общежития вместе с мистером Нили и держа пистолет в руке, Билл пригрозил застрелиться, если кто-нибудь попытается его остановить. Он сел в машину и завел ее, все еще с пистолетом в руке, а с полдюжины ребят, не считая мистера Нили, побоялась его остановить, поскольку у него по словам мистера Нили «на лице было такое ужасное выражение». Внезапно Билл включил сцепление, и машина, визжа шинами, проскочила прямо через газон на подъездную дорогу к школе, а затем исчезла в направлении автострады штата.

– Сядьте, мистер Нили, – обратился к нему мистер Колфилд. – А вы, ребята, идите, оставьте нас одних.

Однако мистер Нили не мог успокоиться.

– Он собирался застрелиться, – произнес он, закрыл лицо руками и заплакал.

– Идите, идите, ребята. Приходите через полчаса, – сказал мистер Колфилд и взял телефонную трубку.

Джон вместе с другими вышел на улицу. Словно по мановению волшебной палочки, вдруг откуда-то появились все учителя школы, словно команда корабля во время крушения. Управляющий хозяйством тут же начал оттирать на газоне следы колес. Пожилой тренер по футболу ходил по квадрату школьного двора и говорил:

– Ребята, давайте сыграем! Бросим жребий, сколотим две команды. Победителям обещаю поездку в Нью-Йорк!

– Сегодня вечером мы посмотрим интересный фильм, – говорил робкий, как мышь, учитель английского. – Я организую.

– Куда ты идешь? – спросил Джона преподаватель французского.

– Хотел пройтись.

– Пойдем лучше ко мне, выпьем по стаканчику шерри. Полагаю, ты уже достаточно взрослый.

Это прозвучало, как приказ, а не приглашение. Джон послушно последовал за ним и сел на диван, потягивая дешевое сладкое вино.

Когда ученики убегали из школы, мистер Колфилд не любил обращаться в полицию. Что хорошего, если парня поставят на учет в полиции, пусть даже как несовершеннолетнего? Для школы это тоже плохая реклама. Обычно тихий телефонный звонок домой делал свое дело – или два телефонных звонка, если речь шла о сыне-нарушителе разведенных родителей, как это часто бывало. Некоторое благоразумное ожидание – и через сутки мальчишка обычно находился, однако на этот раз, как считал мистер Колфилд, случай был особый. Представить себе пятнадцатилетнего парня с бешеной скоростью мчащегося по автостраде, да еще с пистолетом под боком, было страшно. Едва отправив мистера Нили в медпункт принять успокоительное, мистер Колфилд позвонил в центральный полицейский участок штата.

Первым Билла Норриса на машине мистера Нили заметил полицейский милях в двадцати от Хартфорда. Билл ехал в направлении Нью-Йорка с обычной скоростью, но тут же прибавил газу, лишь только полицейский попытался остановить его. Погоня продолжалась около часа, поскольку пятидесятипятилетний полицейский, отец четверых детей, не хотел бессмысленно рисковать своей жизнью из-за какого-то сумасшедшего мальчишки на взводе, да еще с пистолетом. «Некоторые из этих малолетних преступников хуже, чем самые закоренелые бандиты», – мрачно размышлял полицейский, держа стрелку спидометра на восьмидесяти милях в час и пытаясь связаться по радио с участком, чтобы организовали на дороге заслон. «Не знаю, к чему катится наш мир, – думал он. – Бог ты мой, пятнадцатилетний пацан с пушкой, да еще, небось, из богатой семьи, да из такой школы… Если он будет в меня целиться, я, черт побери, одним выстрелом снесу ему башку», – подумал полицейский и расстегнул кобуру.