Слоан Уилсон - Место летнего отдыха

– Да, – сказал он, наконец установив радиосвязь, – я держу его в поле зрения. Заставьте ребят в Дрейтауне пошевелиться, очень прошу. При его скорости он проскочит Дрейтаун минут через десять, так что, Бога ради, уберите с улицы людей.

Впереди Билл увидел заблокированную дорогу; заграждение поставили на прямом отрезке, чтобы у него было достаточно времени затормозить. Там стояли две полицейские машины с красными мигалками и включенными на полную мощность сиренами, а рядом – трое полицейских с пистолетами наизготовку. «Если я врежусь в полицейские машины, могу убить кого-нибудь», – подумал Билл и выбрал вместо этого телеграфный столб. Машина ударилась о него и пропахала еще добрых двести ярдов земли, пока не остановилась. К этому времени она была настолько искорежена и объята таким сильным пламенем, что трудно было сказать, перевернулась она или нет. Полицейские подбежали и встали полукругом, крича, чтобы несли огнетушители. Биллу не пришлось дожидаться водородной бомбы: температуры пламени горящего автомобиля оказалось вполне достаточно.

В актовом зале устроили специальное собрание, на котором присутствовали все ученики, знавшие Билла.

– Сегодня произошло очень печальное событие, – сказал мистер Колфилд. – В автомобильной катастрофе погиб Билл Норрис.

Он сделал паузу.

– Сейчас было бы неуместно много говорить об этом, – продолжал он. – Нетактично по отношению к Биллу Норрису и его матери.

Никто из ребят не проронил ни слова.

– У бедного Билла, наверное, были дома неприятности, и он хотел поскорее туда попасть, – предположил мистер Колфилд.

Все по-прежнему хранили молчание.

– Трагическое событие, – сказал мистер Колфилд. – Умер прекрасный мальчик, и мы все должны чтить его память.

– Да, сэр, – произнес Дик Уоллер на своем южном тягучем диалекте. Нижняя губа у него дрожала.

– Я ценю мужество, которое вы все проявили, – продолжил мистер Колфилд уже менее торжественно. – Занятия, разумеется, состоятся, как обычно, однако все желающие могут сыграть в гимнастическом зале в футбол, а вечером покажут интересный фильм.

Директор помедлил, и в какой-то момент показалось, что он в замешательстве.

– Ребята, – сказал он, – подобные вещи иногда случаются в жизни, и в этом никого нельзя винить. Наверное, мы все должны верить в Бога. Расходитесь теперь и постарайтесь не слишком много думать о случившемся.

Он устало опустился на стул.

Ребята молча вышли из зала и присоединились к остальным, ожидавшим во дворе.

– Где это произошло? – спросил тощий мальчишка.

– Недалеко от Дрейтауна, – ответил кто-то. Вокруг собралась толпа ребят.

– Мистеру Нили туго пришлось, это точно, – сообщил толстый мальчик. – Он угодил в больницу. За ним приезжала скорая.

– Я думал, он умер, – вмешался высокий худой парень.

– Умер Билл. А я говорю о мистере Нили.

– Тед Уайтли слышал по радио, что машина разбилась вдребезги, – сказал серьезный мальчик лет тринадцати с пухлыми щеками и ясными, словно у херувима, голубыми глазами. – Он сгорел в ней.

Джон отвернулся, его мутило. Через грязный двор он вышел за территорию школы и удалился в лес, прислонился к холодному стволу дуба, и его стошнило. После Джон бесцельно бродил по лесу, делая широкие круги и иногда натыкаясь на отпечатки своих собственных ног, возвращаясь на старое место, оставляя на покрытой весенней слякотью земле след мучительного смятения.

Изможденный, он в конце концов вернулся в школу. У входа в кабинет директора стояла полицейская машина, а один из учителей уговаривал ребят уйти из этой части двора. Джон пошел в столовую, но к еде не притронулся.

Позже он вернулся в комнату. Кровать Билла с новым покрывалом была аккуратно заправлена и пугала своей пустотой. Тишина в комнате казалась звенящей. Джон подошел к ящику, где Билл хранил альбомы с фотографиями; тот оказался пустым. Интересно, что подумает мистер Колфилд об этих выцветших снимках и о фотографиях обнаженных женщин, о той девушке с темными косами, прислонившейся на развалинах к колонне, и ее роскошном симметричном теле. По всей вероятности, мистер Колфилд сожжет эти вещи. Исчезло все, даже одежда Билла, и в комнате стало одиноко, как в гробнице.

Через три дня мистер Колфилд сообщил Джону, что с ним хочет поговорить мать Билла.

– Ты, конечно, понимаешь, что мы в довольно-таки деликатном положении, – сказал мистер Колфилд. – Смерть Билла, как ты знаешь, – несчастный случай, но мальчика на это подтолкнули, без сомнения. В то же время говорить об этом мы не можем. Миссис Норрис и без того очень нервная особа, и нам лучше лишний раз не тревожить ее.