Китлинский - Клан – моё государство.

– А если новый Иосиф Виссарионович?

– Случиться и такое может. Перевороты-перевёртыши любые бывают. Тогда в расход или в следующую волну эмиграции. Но при нынешних – весьма спорно. Такой человек уже не сможет до вершины власти добраться.

– Это как сказать!

– Как хочешь. Отшлифован этот механизм так, одни нули. Она убивает изначальное твоё, намертво. Таким что двигает? Месть, злоба, обиды. В редчайших случаях правда, а правда всегда в лагерях. Если верить теории, что старение в высшем эшелоне власти идёт быстро, то катаклизм может статься, при условии, что все они начнут к одному сроку отходить в могилу. Скажем, в пределах трёх-пяти лет. Пойдёт быстрая смена. Из обоймы начнут отстреливаться люди усопших и так по цепочке. В этом варианте возможен новый Сталин, но вероятность мала. Очень. Я не исключаю, заметь себе, но вывожу в минимальные шансы.

– Очень малы шансы?

– Во! Кумекаешь. Да тем, что его система взрастила, этого вурдалака. А она растит, уже говорили об этом, выхолощенных уродцев, импотентов. Прагматиков среди них не будет.

– Все, что ли, идиоты?

– Так не говори. Неправильно это. Нормальные люди, но сами для себя. Это тебя система не давит. Ты растёшь. На глазах, причём. Свободен в выборе, в небольшом деле "семейном". Оно не масштабно, однако цельность у нас мощная. И растёшь ты по уму и таланту, и скидки тебе нет, а то, что отец твой и братья тоже здесь, в учёт не идёт. Батька вон взял да и вышел. И вовсе не дорогу уступая. По самочувствию. Потому, что годы созидательные прошли. А там кто тебе уступит, будь ты хоть в тысячу раз умней? Знаменателей нет в росте. Один медленней идёт, другой быстрей. Но в любом случае, точность направления лишь там, где опытная и грамотная молодость. Вот во власти её и отсекают наглухо, молодость, потому что она помнит, знает в нашем конкретном заводе, отрасли как и почему плохо. Молодость видит это, но окрасившись, поднимаясь вверх, уже не способна на проведение необходимых изменений и в обществе, и в государстве; про мировую революцию не говорю, так как она есть идея "фикс".

– Молодость напороть тоже может.

– Ещё как напорет. Её сейчас вот остановили, роста не дают, она и не обучена премудростям. Одни карлики-мутанты. И прийдут к власти они. Стариков нет, их черёд и настанет. Эти покуролесят. Тысячу лет потом собирать придётся, по крупинкам.

– Другого пути нет?

– Александр, ты вопросы толкаешь!- Проня встал с лавки и пересел к столу.- Ответа тебе на них не даст никто, нигде. Это задним умом всё понимается. Ещё не было ни одного, кто бы предсказал. Как угодно меркуй, но опоры нет.

– Жаль,- вздохнул Сашка.

– Не скорби. Поколения от сотворения человека ушли, не дождавшись и не найдя ответа.

– А не краситься?

– Может и была бы такая возможность, но представь, какую чистоту при этом надо держать и не только у нас – на всём земном шарике лет двести, не меньше. И потом, где чистоту взять? Негде. Условия этой задачи прескверные. И даже мы, в чистоте своей, всё равно частица вонючей гнили. И выползти из неё никто не даст, не позволит.

– Прибор, может, какой сделали бы?

– Американцы из ЮСА изобрели что-то навроде изобличителя лжи. Тоже мне, страдальцы. Фантасмагория,- Проня пустился хохотать.

– Действует как?

– Что-то вроде кардиографа, но на мозги. Если врёшь, стрелка отклоняется. Якобы.

– Наш народ завакционируется и против этого.

– В один момент,- Проня хлопнул в ладони.- Ты что, святым духом жив? Жрать хочется.

– Мать принесёт к часу.

– Ещё десять минут,- глядя на часы, сказал Проня.

– Пойду предупрежу.

– Сиди уж. Сам схожу. А то помру. С войны отъедаюсь и никак догнать не могу. Прямо тупею,- Проня встал.

– Тяжко было?

– Ох, Александр! Как страшный сон. Бабы, дети, норма в кубах, мужиков раз-два и нету, одни старики, пайка – пшик при такой физической работе. Скупка спасала, если бы не она, сдохли бы от непосильной работы и недоедания.

– Тайга не кормила?

– Подкармливала, родненькая. А хлебца, знаешь, всё равно хотелось поесть в волюшку. Ржаного такого, помола крупного, почему-то он сытнее казался. И ещё кино каждый день хотелось.

– А что, не было?

– Была передвижка, крутили, но времени у меня не хватало,- уже из дверей ответил Проня.

В первых числах февраля Проня появился снова.

– Александр, аврал. Бросай всё. Утром пойдёшь на Ходорки.

– Чего я там забыл?

– Приехал Гост.

– Что мне с того?

– Его отправляли, тебя ещё в проекте не было. Скоро уж двадцать годов стукнет.