Китлинский - Клан – моё государство.

– Вы в курсе, что КГБ занимается делом по алмазам?- спросил напрямую Панфилов.

– Знаю об этом, но меня это мало пугает. Да, мои возили ворованное, и что? Сами мы к алмазам не прикасались, как их проводили мимо кассирования – нас не касалось. Мне КГБ дать нечего. Абсолютно.

– Другие какие-то услуги вы оказывали? Заказные убийства?- совсем в лоб спросил Гунько.

– Нет. Могли бы, но не решились. Это очень солидный след оставляет, нам этого не надо,- Сашка сказал правду, заказных убийств он не брал.

– След в чём?- спросил Гунько.

Ему ответил Евстефеев:

– Юра, тот, кто заказывает, может подставить под камеру, а потом держать на поводке.

– Совершенно верно. Хомут на шею вешать – резона нет,- подтвердил слова Евстефеева Сашка.

– Валерий, покажи им новинку,- приказал Панфилов Потапову, тот нехотя извлёк из кармана целлофановый пакетик и протянул Проне, тот сидел ближе. Проня развернул и высыпал содержимое в ладонь. Это были Сашкины капсули от силиконовых пистолетов, он не стал брать в руки и произнёс:

– Надо это было ещё вчера нам в нос сунуть и не ходить вокруг да около. У этой гадости есть хозяин. Я с ним не знаком, но оружие видел. Очень дорогое. Полмиллиона ствол стоит. Как оно тут оказалось, сами выясняйте, нам с западными спецслужбами дел иметь не хочется, мы ведь в Европе кое-что имеем, а они там правят бал, не политики. Информацию на это оружие можно получить через ИНТЕРПОЛ. Оно уж года полтора как стреляет по миру. Пресса пишет, что это не по линии уголовно – мафиозной, а той, где правят сверхденьги.

– Часто бываете в Европе?- спросил Гунько.

– Юрий Ефимович,- назвал его Сашка по имени и отчеству.- Не надо меня тянуть за хвост. Я работы у вас не прошу, наниматься не намерен, мне своих забот хватает.

– Значит, вы занимаетесь финансами?

– Допустим, так. Даже если я вам скажу, что оказывал услуги вашим агентам в Европе, и вы меня заочно знаете, это не поможет вам меня подцепить.

– Вот оно как!- удивился Гунько.

– Я же вам сразу сказал, что в Союзе мы чисты. Добычу свернули, дело наше в Европе.

– Что так?- полез в разговор Евстефеев, это была его вотчина.

– Климат ухудшается. Металла меньше не стало, но условия так накатывают, что стало тяжко со снабжением. И в грязных делах участвовать не хочется.

– Совсем не понял,- Евстефеев замотал головой.- Поясните.

– Что тут неясного. Перестройка. Плюрализм. Новое мышление,- голосом Горбачёва ответил Сашка и продолжил уже своим.- Вы что, на Луне живёте? Сводки вам перестали подавать ваши аналитики?

– Саш. Не надо им про это говорить. Они ведь армейские. Они в политику не играют,- Проня встал.- Пойду чаёк согрею, пообедаем и двинемся стрелять, если желаете посмотреть.

– Нет, вы посмотрите на него,- Сашка указал на выходящего из комнаты Проню.- Их не касается. Ещё как касается. У нас на Севере почти всё исчезло. Голодным много накопаешь? А доставить необходимое тоже не дадут. За каждым углом с ломом поджидать будут.

– У вас отнимешь!- рассмеялся Евстефеев.- Шиш с маслом дадите.

– Так ведь потому и сворачиваем. За углом-то стоять будет тот, кто вынуждено разбойником станет. Жрать-то и семью кормить надо. Простой работяга и будет этим бандитом.

– Всё верно. Нам, военным, эту кровь лить и придётся,- Панфилов смахнул крошки со стола.

– Мужики,- Сашка вытащил из мешка бутылки.- Это вам в коллекцию,- протянул Евстефееву "белую головку",- мы слово держим. А эти выпьем, – он поставил на стол три бутылки "Посольской".- Мы отвлеклись. Не по теме диалог пошёл. Я вернусь обратно, а то у этой темы скользкая дорога, суток не хватит, чтобы обсудить, да и не докажем мы друг другу ничего, время рассудит. Итак, пока я в транспортировку не влез, всё чисто у нас было.

– А влез зачем?- Гунько был настырный.

– Платили вперёд и наличными. Кто же откажется. Валюта мне нужна была, вот и взялся. Я хозяина этого большого не знаю, но партии, изъятые мной, лежат мёртвым грузом до сих пор. Если они вам в расследовании помогут, готов предоставить, но не бесплатно. Этого позволить себе не могу.

– Вы что, не реализовали?- не поверил Гунько.

– Нет. Не решился. Партии эти в Союзе. Боялся я след оставить.

– Разве сложно реализовать?

– Дело в том, что в мире существует монополия на алмазы. Её контролирует "Де Бирс". И как не крути, с таким объёмом, как наш, на их скупщика попадёшься. Концерн же этот и советские реализует, а определить, откуда наши – пара пустяков. К тому же, я думаю, что они партии, что давали в перевозку, описывали, и не исключено, что сам концерн был причастен к кражам. Смекаете?