Эдуард Русаков - Майский сон о счастье

– Это сказка, деда?

– Вот увидишь, это случится. Ты главное, верь мне, солнышко…

– А если марсиане не прилетят?

– Ну… тогда мы с тобой все равно спасемся. Мы что-нибудь придумаем… Я уже придумал! Мы с тобой уплывем на пароходе «Святитель Николай»!

– Это где сейчас музей? Где сидят восковые Ленин и царь Николай?

– Да… они нам не помешают… Мы сядем на этот пароход, возьмем с собой твоего Вадика – и поплывем по Енисею на север, а потом – еще дальше, дальше… в теплые страны… пока не найдем какой-нибудь остров, где нам будет хорошо и спокойно…

– Ах, дедуля… ведь я уже не маленькая… а ты мне рассказываешь какие-то сказки… Но я все равно тебя очень люблю. Я не оставлю тебя одного… разве можно тебя одного оставить! Ты же такой старый, такой беспомощный… и совсем бестолковый… Сочиняешь всякую ерунду… Как же можно такого оставить!

Тем не менее, они меня вскоре оставили. Бросили одного.

И жена, и сын, и внучка – все уехали, все сбежали. Маленькая Настя, естественно, в тот же день проговорилась, выдала нашу с ней «страшную тайну» – и мои близкие возмутились, узнав о моем многолетнем притворстве. Особенно взбесилась жена… Впрочем, об этом не хочется даже и вспоминать. Оскорбленные в лучших чувствах , они с чистой совестью меня покинули, строгие, но справедливые, усталые, но довольные. Оставили полный холодильник продуктов, пачку юаней на столе, мешок свежих памперсов, включенный телевизор, бубнящий круглосуточно и неустанно…

…в первую же ночь после их отъезда мне приснилось, будто я снова работаю сторожем на острове Отдыха – как когда-то давно, в студенческие годы… Едва успев заснуть на своем топчане в сторожке, я был разбужен лаем сторожевой собаки Пальмы. Взяв ружье, вышел и огляделся – вокруг никого. А собака все лает и лает.

– Пальма, фу! Ты чего разлаялась, дура? Никого же нет!

И вдруг понял, что лает она… на собственное эхо! Как обычно дворовые псы откликаются на чужой лай, так эта дура лохматая откликается на свое же эхо… Вот идиотка!

– Пальма, ну перестань! Не мешай мне спать!

А она все лает и лает, лает и лает… а дальнее эхо словно дразнит ее – откликается снова и снова… и так без конца, до утра… так она и не дала мне заснуть в эту ночь. И сама измучилась, и меня измучила своим лаем…

…а быть может, ей просто осточертело кромешное собачье одиночество – и уж очень хотелось хоть с кем-то поговорить по душам… полаять… повыть…

– Нинь-хао, дорогой друг! Только не притворяйтесь спящим и не впадайте в кому… Ха-ха! Это я, доктор Куй, ваш коллега и в некотором роде родственник… извините за глупую шутку… дуй-бу-ци… Затрудняюсь – какой подобрать тон для беседы с вами… Ловко же вы нас всех провели! Даже я был в полной уверенности, что вы и впрямь… Впрочем, что говорить об этом! Кстати, вы не против того, чтобы поговорить со мной?

– О чем? Мне известно, что все мои родственники сбежали из зоны Ру… Чего же вы от меня хотите? Допрос с пристрастием?

– Какой допрос?! Я желаю вам только добра… Я всегда говорил, что желаю вам и вообще всем русским только добра… Я прилагал все усилия, чтобы сохранить ваше здоровье… я помогал вашей жене…

– Я видел, как вы ей помогали…

– Она этого хотела! И получала то, чего хотела! Вы же почему-то уклонялись от исполнения своих обязанностей – симулировали, притворялись, лишь бы не исполнять свои обязанности! А это неправильно. Каждый человек должен исполнять свои обязанности – гражданские, супружеские, отцовские… Вы же злостно от этого уклонялись… Это отвратительно! Это просто уму непостижимо! И что самое удивительное, таких, как вы, среди русских много… Лишь бы уклониться от исполнения своих обязанностей! Лишь бы спрятаться, лишь бы сбежать от судьбы, от жены, от работы, от реальной жизни – в запой, в сочинительство, в бродяжничество… Так вы и сгубили свою замечательную нацию!

– Я сгубил, что ли?

– Да вы все! Не прикидывайтесь дурачком! В том-то вся и беда России, что вы слишком умны! Горе от ума! Правильно писал ваш Грибоедов… Лучше б вы были поглупее, но поаккуратнее, больше бы ценили порядок, правила жизни… Почитайте Конфуция!

– Я читал Конфуция, и он мне не понравился… Ха-ха. Это почти цитата, извините, Цзянь…

– Я знаю, я тоже читал того, кого вы цитируете. Я слишком много прочитал русских книг. Я слишком уважаю и люблю русских…

– …особенно русских женщин. Особенно чужих русских жен… ага?