Александр Мелихов - Заземление

— Кончита, послушайте меня внимательно. Очень внимательно! Вы играете с огнем. Перевоспитать его скорее всего не удастся. Может быть, когда-то вся культура переменится так, что сексуальные услуги будут считаться такой же медицинской процедурой, как, скажем, клизма.

— Правильно, медсестры же ставят клизмы, и ничего, им еще зарплату платят!

— Ну да, есть цивилизованные страны, где проституция узаконена…

— При чем здесь проституция, я же только иногда подрабатываю!

— …Но моральное осуждение дело другое. Боюсь, оно исчезнет нескоро, а может быть, и никогда не исчезнет. Но это все абстракции, для вас важно другое: вы подвергаете мужа такому напряжению, которого он может не выдержать. И что он может натворить, один аллах ведает.

— А чем таким, скажите, я их всех напрягаю? Чего психовать из-за ерунды?

— Видимо, мне не удастся вам объяснить, раз уж это никому не удалось до меня, но главное, поймите, что такое положение вашему мужу кажется очень унизительным, и он…

— Но чего, чего там унизительного?!. Готовлю ему, даю, когда захочет…

— Чтобы вам было понятнее, считайте, что вы оскорбляете его религию.

— Да он не такой уж и верующий, в мечеть ходит только по праздникам.

— У религии есть длительная инерция. Проще говоря, люди в бога уже не верят, а в религиозные правила они могут верить еще очень долго. Главное, вы должны понять, что перевоспитаться он наверняка не перевоспитается, а вот убить или изувечить вас очень даже может. Он как к вашему ребенку относится?

— Лучше, чем ко мне, я из-за этого только с ним и живу.

— Так вот, если хотите жить и дальше, делайте все, чтобы успокоить его недоверие. Ведите предельно открытую для него жизнь. Или расставайтесь. Иначе я не могу ручаться за вашу безопасность.

— Хорошенькое кино… Сколько я вам должна? Ого, я намного меньше беру.

— Что делать, рынок… А кто вас, кстати, надоумил ко мне пойти?

— Вы же лекции читаете, а у меня там знакомый охранник. Он мне сказал, вы от всякой дури освобождаете. Я и подумала: вдруг вы моего мужа освободите? Вы считаете, что он мне может сделать?

Это она спросила уже в дверях.

— Да все что угодно. Помните, вам цыганка нагадала, что, если будете заниматься этим ремеслом, вам голову отрежут?

— Ой, правда… Я забыла…

Она захлопнула дверь так поспешно, как будто голову ей собирался отрезать именно он.

А обрывки этой бесконечной саги еще долго всплывали из подсознания, и каждый раз во рту становилось невкусно, а губы невольно складывались в брюзгливую гримасу. Да, и он тоже не созрел для безгрешности. И самое удивительное, и созревать больше не желает.

«Острова Кэмпбелл — самые южные из Новозеландских субантарктических островов. Они крутые и скалистые, наивысшая точка — 569 м (гора Хоней на юге главного острова). Климат холодный, влажный и ветреный. Яркий солнечный свет бывает всего 650 часов в год. Дождь выпадает в среднем 325 дней в году, порывы ветра достигают более 96 км/ч по меньшей мере 100 дней в году. Среднегодовая температура воздуха — 6 °C, максимальная редко поднимается выше 12 °C».

Она дочитывала одну статью и тут же принималась за другую.

«В плане климата этот остров самый негостеприимный из всех субантарктических новозеландских островов. Флора острова Кэмпбелл смогла вернуть себе доминирующую позицию после борьбы за выживание во время выпаса овец. После исчезновения овец и крупного рогатого скота растительность начала восстанавливаться, но еще оставались дикие крысы, появившиеся здесь с первым китобойным кораблем, пришедшим сюда в 1807-м году. Со временем их численность составила около полумиллиона особей. Норвежские крысы убивали мелких птиц, причиняли большой ущерб буревестникам и пингвинам, поедали растения и семена. Для ликвидации этой угрозы пять вертолетов разместили на острове 120 тонн приманки для уничтожения крыс. Операция обошлась в 2 миллиона долларов, но она помогла лесу вернуться к первоначальному состоянию».

На фотографиях никакого леса не было видно, только скалы да заливы неописуемой мрачной красоты и величия. Савик правильно говорит, что ощущение величия замешено на страхе: если не верить, что все это создано Отцом небесным, то равнодушная природа и впрямь внушает ужас. А уж на острове Кэмпбелл даже травы, даже цветы дышат жесткостью и силой. Особенно когда видишь, до чего им безразличны наши беды и тревоги. Хоть спрашивай их, хоть не спрашивай, почему Димка не отвечает на письма, как туда попал папочка и чем они там занимаются.