Лайза Джуэлл - Тридцатник, и только

О боже, черт побери, думала Надин. Именно этого я и боялась.

Постой-ка, приятель, захотелось крикнуть ей, попридержи лошадей! Если бы на моем месте оказалась какая-нибудь девушка, с которой ты познакомился в винном баре, ты бы сейчас не бросался во весь опор, но осторожно прощупывал ситуацию. Ты не стал бы с такой беспредельной уверенностью загадывать на будущее. Но лишь по той причине, что ты знавал меня еще в те времена, когда я ходила с разбитыми коленками и в туфлях с ремешками, ты полагаешь, что дело в шляпе.

Но ты ошибаешься, дорогой мой, ты ничегошеньки не знаешь о том, что творится в моей голове, чего я хочу и чего не хочу. Я — сильная женщина, у меня есть мечты и цель в жизни, мне много предстоит испытать и попробовать, и, хочешь верь, хочешь не верь, это «многое» тебя не предусматривает. То факт, что стерва всех времен и народов, Дилайла Лилли, не устояла перед твоим обаянием, еще не значит, что ради тебя я забуду о моих надеждах и мечтах. Самое главное в моей жизни, Диг Райан, — я сама, а не ты, уже не ты, и главным ты больше никогда не станешь. Я сильнее тебя. Да! Правда! Я сильнее тебя, и ты мне не нужен.

Надин слегка раскраснелась от волнения. После стольких несчастных лет в школе Святой Троице, когда Дилайла Лилли у нее на глазах медленно и упорно разрушала ее дружбу с Дигом, не говоря уж о мечтах, после стольких лет тоски по утраченному и статуса пятого колеса в телеге, она уверенно взяла вожжи в руки и теперь полностью контролирует ситуацию. Диг Райан дал ей то, чего она от него давно ждала, а сейчас она намерена доказать ему, что отлично без него обойдется.

У музыкального магазина Надин резко остановилась и повернулась:

— Диг, по-моему, это не очень хорошая идея…

— Что? — непонимающе нахмурился Диг.

— Ну… ты и я. Мне кажется, у нас ничего не выйдет.

— С чего ты взяла?

Надин вздохнула.

— Во-первых, не стоит торопиться. — Она принялась объяснять, как представляет себе свою новую жизнь в Манчестере — как новую страницу, абсолютно не связанную с Лондоном и не омраченную прошлым. Диг часто моргал и мрачно кивал. — Понимаешь, Диг? Сейчас не время. Нам обоим не до того. — Диг попытался улыбнуться. — Значит, ты согласен? — Диг опять кивнул, опустив голову, замер и вдруг энергично затряс ею.

— Нет! — воскликнул он, сбрасывая ладонь Надин со своей руки и пятясь. — Нет, не согласен! И я ничего, черт возьми, не понимаю! Ты несешь ерунду. Послушай, Надин. С той минуты, как я тебя увидел вчера вечером, мне стало так… так… черт, я не могу объяснить, что со мной стало, но это было потрясающе. Ты заставила меня почувствовать нечто необыкновенное, и я не желаю расставаться с этим чувством. Я хочу ждать выходных. Хочу толкаться в очереди на вокзале в пятницу вечером со сменой белья в сумке. Хочу три часа трястись в поезде и воображать, как ты ждешь меня на платформе в прозрачном платье, с распущенными волосами, хочу мечтать о предстоящих выходных. Я хочу узнать тебя как следует, узнать не ту Надин Кайт, мою закадычную подружку, но нового удивительного человека, с которым я познакомился только вчера вечером, эту изумительную, потрясающую девушку, которую я прежде не знал.

— Ты знаешь меня сто лет, Диг.

— Нет! Это не так! Прежде ты была другой. А теперь ты новый человек, и я не могу тебя отпустить, не узнав поближе, не дав нам шанса. Черт, Надин… неужели такое может быть!

Надин уставилась себе под ноги. Она тоже не верила, что такое может быть. И не могла посмотреть Дигу в глаза, она боялась того, что могла в них увидеть.

— Прости, — пробормотала она. — Мне очень жаль. Но так уж случилось. Это называется «невовремя», у нас с тобой всю жизнь так.

— Ты о чем?

Надин глубоко вздохнула, открыла рот и снова закрыла. Не имело смысла — ни малейшего — ворошить прошлое. Она покачала головой:

— Ни о чем.

— Послушай, Дин, давай попробуем, а? Давай посмотрим, а вдруг у нас получится. Зачем отметать с порога? Я понимаю тебя, правда: начинать новую жизнь с нуля — это здорово. Но, Дин, я никогда прежде не испытывал ничего подобного и не знаю, что со мной будет, если мы хотя бы не попробуем.

— Ох, Диг! Ты ничего не понимаешь! Кончено, у нас получится, еще бы! В этом-то все и дело. Вместе нам будет очень хорошо, и именно поэтому я не хочу связываться с тобой. Не сейчас. Не накануне моего отъезда из Лондона. Не хочу!

— Но я тебе нужен? — Диг приложил ладонь к груди. — Я тебе нужен?

Надин пожала плечами. Разумеется, нужен. Больше, чем кто-либо другой. Но она уже приняла решение. Если она скажет «да», то все опять начнется сначала.