Лайза Джуэлл - Тридцатник, и только

Нет, этого она не хотела.

Но с другой стороны, вот оно счастье: Диг и она, вместе, без Дилайлы, только они вдвоем — разве не об этом она мечтала?

Она взглянула на Дига. Он оживленно рассказывал о своих планах, о том, как он завоюет музыкальный бизнес. На работу в «Электрогаме» помощником администратора он отвел себе год, максимум полтора, затем он начнет пробиваться в отдел художественной политики. Года два проведет там, а потом вильнет в сторону, в небольшую фирму, куда явится раком на безрыбье и приобретет огромное влияние. Еще через год или около того он откроет гениальнейшую музыкальную группу в мире, сделает себе имя, заработает кучу денег и тогда — вершина его карьеры: «Диггер — Рекордс», его собственная фирма. К двадцати пяти годам он станет миллионером. Все просчитано. Выверено. Нет проблем.

Он искренне верил каждому своему слову: он добьется своего, никаких сомнений — успешная карьера, «Диггер Рекордс», ранняя отставка.

Диг, сообразила Надин, столь же переполнен амбициями и планами на будущее, как и она сама. Для междугороднего романа в его жизни не оставалось места, это более чем очевидно.

Свернув с Кентиш-таун-роуд на Бартоломью-роуд, они двинулись в дому Надин. Она уже решила, что к себе его не пригласит. Родители закатят целое представление: «Привет, незнакомец!», и «Давненько ты не показывался», и «Сколько лет, сколько зим». Дигу придется долго и нудно рассказывать о том, что он делал эти два года, и как поживают его родители. Время было уже позднее, и не стоило разводить канитель, поэтому, когда они подошли к ее дому, Надин остановилась на нижней ступеньке и повернулась к Дигу.

— Что ж, — немного скованно начала она, — спасибо, что спас меня от ужасов вечера встречи. Я отлично провела время. Это было.. э-э.. — Она искала подходящее слово, дабы завершить им вечер и одновременно его не испортить, но Диг ее не слушал. Напрягшись и сжав кулаки, он с беспокойством смотрел ей в глаза, приоткрыв рот, словно хотел что-то сказать.

— Я должен снова тебя увидеть, — твердо заявил он, и глаза его тревожно блеснули.

— Ну конечно, — Надин метнула на него быстрый взгляд, — мы будем видеться… то есть…

— Нет, — сердито перебил Диг. — Я должен снова тебя увидеть. Как можно скорее. Завтра. Что ты делаешь завтра? — В его голосе слышалось отчаяние, он крепко, очень крепко сжал ее ладони.

Надин смутилась. Она не знала, что ответить. Высвободила ладони из клещей его рук и приняла решение. Она хочет увидеться с ним завтра, и будь, что будет. Она хочет провести свой последний день в Лондоне с Дигом.

— Ничего, — она пожала плечами, глуповато улыбаясь. — Ничего особенного.

— Давай что-нибудь устроим, — просиял Диг. — Пойдем куда-нибудь. Ты и я. А?

— Ладно, — еще шире заулыбалась Надин, испытывая облегчение от того, что слезное прощание отложено, — давай. — Ее сердце бешено билось, а ладони покрылись потом.

И прежде чем Надин сообразила, что происходит, прежде чем решила, хочет ли она этого или нет, Диг властно обнял ее за плечи, нагнул голову и впился в ее губы.

Первое мгновение Надин оставалась безучастной, она замерла, сжав губы. Но запах Дига вкупе с очевидным эффектом, который его поцелуй произвел на низ ее живота, сделали свое дело: внезапно она расслабилась и полностью отдалась поцелую. Губы Дига были мягким и нежными, и пахло от него так же, как и от нее, — пивом и сигаретами. Его чувственный, горячий язык трепетал на ее зубах, ласкал кончиком нёбо, внутреннюю сторону щек. Случилось! Наконец-то случилось: Диг Райан ее целует! Она и Диг Райан целуются!

Проезжавший мимо «гольф» с грохочущим двигателем и кислотной музыкой, ревущей из опущенных окон, сбавил ход.

— Эй, поцелуй ее за меня! — крикнул водитель в бейсбольной кепке, рассмеялся и покатил дальше.

Диг и Надин улыбнулись и медленно отодвинулись друг от друга; изумление было написано на их лицах.

— Пожалуй, — нарушила молчание Надин, — мне пора.

— Ладно. Позвони, когда проснешься, ладно? Если будет хорошая погода, устроим пикник.

— Давай, — Надин с энтузиазмом кивнула. — Прекрасная идея.

Они снова обменялись поцелуем и удивленными взглядами, а потом Диг повернулся и зашагал прочь. Надин наблюдала, как он удаляется по Бартоломью-роуд. Руки он держал в карманах и двигался немного неуклюже, подпрыгивая и спотыкаясь, словно первый раз стал на ноги. Блаженное чувство затопило Надин, чувство уютной близости, покоя, приправленное приятным возбуждением и новизной. Диг Райан, с радостью думала она, вон он идет по моей улице, поцеловав меня крепко и страстно и сварив из моих потрохов манную кашу; вон он, моя родная душа, мужчина моей мечты, человек, с которым я хочу просыпаться субботним утром на сосновой кровати. Вон он идет…