Мартин Сэй - Зеркальный вор

— Секундочку, — прерывает его агент, делая пометки в блокноте. — Я запутался в этих точках. О чем, собственно, речь?

Кёртис недоуменно моргает.

— То есть как это? — говорит он. — Вы просили меня рассказать все, что мне известно. Я так и делаю, черт возьми.

— Нет-нет-нет, — частит агент. — Вы все время ссылаетесь на какие-то точки. То счетчики обчистили точку, то вы подыскивали работу в точке. Мне нужна четкая конкретика, а не общие слова.

— Речь о «Спектакуляре», — поясняет Кёртис. — Казино «Спектакуляр!» в Атлантик-Сити. Восклицательный знак в конце официального названия. А в просторечии все называют это казино «Точкой». Рассказывают историю — не знаю, сколько в ней правды, — что перед самым открытием казино какой-то пиарщик был уволен за то, что в распечатанных и уже разосланных повсюду рекламных буклетах забыл вставить палочку от восклицательного знака в названии, оставив только точку внизу. Тогда кто-то шутки ради и прозвал это казино «Точкой». Неформальное название прижилось. И сейчас большинство тех, кто его произносит, понятия не имеют, откуда оно произошло. Эту историю я слышал от Деймона.

— О’кей, — говорит агент. — Теперь я понял.

Его ручка скребет по странице блокнота. Кёртису удается прочесть вверх ногами: «ТОЧКА = СПЕКТАКУЛЯР». Понятливый парень, однако.

Он продолжает свой рассказ. Периодически агент наливает воду в пластиковый стаканчик, подносит его ко рту Кёртиса, и тот смачивает губы. Сказываются нарастающая боль и усталость: он все чаще увязает в ненужных пояснениях или возвращается к второстепенным деталям, по какой-то причине ему особо запомнившимся. Клочки факсовых посланий Деймона на бланках «Спектакуляра». Автомат с глушителем в тачке Альбедо. Телефонные звонки из пункта помощи в парке «Долина огня». Запонка, вырванная из рукава Деймона. Джей Лено в фойе отеля. «Зеркальный вор», оставленный на полу в номере «Живого серебра».

— Служащие подобрали эту книгу? — спрашивает Кёртис. — Если нет, отправьте кого-нибудь, чтобы ее нашли.

К этому времени агент уже почти не делает пометок в блокноте. Судя по лицу, он ждет от него чего-то еще. Кёртис пытается понять, что бы это значило, какие вопросы могут интересовать этого копа. В голову приходит только один. Но это действительно важный вопрос.

— Где сейчас Деймон? — спрашивает Кёртис.

Агент не отвечает. Он медленно откидывается на спинку больничного стула и с тихим щелчком убирает стержень внутрь шариковой ручки.

— Лично я не в курсе, — говорит Кёртис.

Агент улыбается. И эту улыбку нельзя назвать довольной. Только сейчас Кёртис замечает у него под глазами круги — свидетельство хронического недосыпания.

— У вас есть на этот счет какие-нибудь догадки? — спрашивает агент.

Кёртис вновь качает головой, хотя это вызывает у него головокружение.

— Я думал, джерсийские копы уже его повязали, — говорит он.

Лицо агента остается непроницаемым.

— В понедельник утром, — говорит он, — два детектива полиции Нью-Джерси встретились с Деймоном в его городском доме. Это был уже повторный визит — его допрашивали ранее, и он тогда проявил готовность сотрудничать со следствием. Деймон пригласил их в гостиную, налил в чашки кофе, а потом уложил обоих выстрелами в лицо. Один детектив скончался на месте, второй сейчас в реанимации. Но шансов у него немного. Местный полицейский патруль обнаружил их всего через полчаса — должно быть, кто-то там предполагал возможные осложнения и направил их для проверки, — но к тому времени Деймон уже скрылся.

Кёртис пробует сделать глубокий вдох, но становится только хуже. Кажется, его вот-вот стошнит. Комната кружится перед глазами, как ресторан в «Стратосфере», и он закрывает глаза, чтобы остановить это вращение. Пытается вспомнить, в котором часу звонил отцу и сколько времени прошло между тем звонком и получением последнего факса от Деймона. Что такое он мог спровоцировать либо не смог предотвратить своими действиями?

— Деймон в тот день не появился на своем рабочем месте, — продолжает агент. — Тогда по распоряжению руководства казино был проведен обыск его кабинета. Но в компьютере Деймона не обнаружилось ничего, кроме порнографии, а в ящиках его стола — никаких записей, только непристойные рисунки. Самого похабного свойства, по их словам. Теперь они удивляются, почему так долго не понимали, что представляет собой этот тип. Должно быть, он мастер очаровывать людей.

Кёртис слышит шелест переворачиваемых страниц блокнота: агент что-то ищет в своих прежних записях.