Энни Пру - Корабельные новости

— Вот как нас учит делать мисс Грэнди.

— Банни, но где ты видела коричневое дерево?

— Марти раскрашивает деревья в коричневый цвет. И я так буду.

— Билли говорит, что я должен заказать новую лодку сейчас, чтобы ее построили за зиму. Он советует мне обратиться к Элвину Ярку, — сказал Куойл Уэйви.

Она кивнула, услышав имя дяди.

— Он хороший мастер, — ответила она своим низким, грудным голосом. — Он сделает для тебя подходящую лодку.

— Я хотел съездить к нему в субботу, — продолжил Куойл. — Поговорить. Я бы взял девочек с собой. Ты не хочешь поехать с нами, вместе с Герри? Суббота удобный для вас день?

— Самый удобный, — ответила она. — И я наконец смогу отвезти тете Иви то, что давно собиралась передать. Мы у них поужинаем. Тетя Иви — знатная повариха.

Потом Куойл и Банни уехали в порт, но «Рим» по приказу из компании судовладельца отбуксировали в Сент-Джонс.

— Обычно меня об этом предупреждали, — сказал Диди Шавел. — Раньше бы я их за это в бараний рог свернул. А что сейчас?

В субботу туман был таким густым, что больше походил на вату. С ним пришел пронизывающий до костей холод. Дети сидели на заднем сиденье, как курицы на жердочке. Уэйви принарядилась. Ее черные туфли поблескивали на черном автомобильном коврике. У Куойла жгло глаза от усилий рассмотреть дорогу в тумане. Вельветовые штаны были такими узкими, что причиняли боль. Он в тысячный раз поклялся себе сбросить вес. Дома на обочине затерялись в тумане, море стало невидимым. Для того чтобы проехать пятнадцать километров до бухты Монашеской Сумы, у них ушел час. Машину тянуло в сторону, противотуманные фары светили еле-еле.

Бухта Монашеской Сумы оказалась небольшим местечком, где дорога делала петлю и выводила к новым домам, похожим на ранчо. Они с трудом угадывали их очертания в сырой морозной мгле.

— Здесь все сгорело лет шесть назад, — сказала Уэйви. — Был пожар на весь город. Потом все выстроили новые дома на деньги, которые им выплатили по страховке. У некоторых семей, у пяти или шести, я уже не помню, страховок не было, так остальные с ними поделились. Так что у всех появились новые дома. Дяде Элу и тете Иви не нужен был такой большой дом, как тот, что сгорел, поэтому новый они построили меньше.

— Погоди, — сказал Куойл. — У них было много страховых денег, но они построили маленький дом?

— Э-э, дело в том, что у дяди была отдельная страховка на мастерскую с лодками. Он застраховал ее на такую сумму, которая бы покрывала стоимость и мастерской, и нового палубного судна.

— Надо же, какая предусмотрительность.

— Но ведь могло же случиться так, что эта лодка стояла бы в мастерской во время пожара! Уж лучше принять меры заранее, чем оказаться к этому неготовым. Знаешь, со сколькими людьми случались подобные вещи, а их страховка покрывала только стоимость мастерской?

У миссис Ярк оказались тонкие руки и ноги, но они выглядели так, будто были выкованы из железа. Она усадила их за кухонный стол и налила детям чаю с молоком в крохотные чашки, украшенные изображением животных и с позолоченными ободками. Саншайн попалась глостерская пятнистая свинка, Герри — серебристый петух и курочка, а Банни — дорсетская овца. Стол был еще влажным от того, что его недавно протирали.

— Ко-ко-ко, — сказал Герри, показав пальцем на петуха.

— Этим чашкам было много лет, еще когда я была маленькой, — сказала Уэйви.

— Ты удивишься, дорогуша, какие они на самом деле старые. Они принадлежали еще моей бабушке. Давно это было. Их привезли из Англии. Когда-то здесь было двенадцать чашек, а сейчас осталось только четыре. Лошади и коровы разбились, остались только блюдца. Еще были такие маленькие тарелочки с глазурью, но они тоже разбились.

Миссис Ярк испекла имбирное печенье в форме летящих голубей с глазами-изюминками.

Банни нашла на кухне множество интересных вещей: складывающееся приспособление для снятия сапог, жестяную форму для желе в виде замка с остроконечными башнями, украшенную цветами чашку для мужчины с усами, у которой над ободом был маленький керамический бортик, чтобы защитить усы от влаги.

— Хорошо еще, что это удалось спасти от огня, — сказал Куойл. И съел еще одно печенье.

— Ах да, — выдохнула миссис Ярк, и Куойл понял, что ляпнул глупость.

Куойл покинул общество женщин и пошел за Элвином Ярком в мастерскую. Ярк оказался маленьким человеком с лицом, похожим на смятый лист бумаги, крохотными ушами и глазами цвета ивовых листьев. Его рот был почти безгубым: просто трещина между носом и подбородком.