Энни Пру - Корабельные новости

Кард ждал, когда у него появится возможность тоже высказаться. Он обращался ко всем сразу, включая вспотевшую официантку и повариху, высунувшуюся в окошко заказов:

— Если бы не эти самые перемены, мистер Притти, ты бы уже давно был мертв. Ты забыл, как несколько лет назад валялся в больнице с китайским гриппом? Я видел тебя тогда, ты был серый, как: дохлая рыбина. Я еще подумал, что все, допрыгался старикан. Но тебе дали антибиотики, кислород, и ты выжил, чтобы укусить ту самую руку, которая тебя спасла. Никто, слышите, никто в здравом уме не будет возвращаться к старой, тяжелой жизни. Люди тогда были добрыми только потому, что не могли позволить себе роскошь иметь врагов. Тогда было одно правило: пан или пропал. В такой ситуации люди становятся просто душками, — он втягивал в себя воздух сквозь зубы.

Повариха подала голос с кухни:

— А я считаю, что с рыболовством пора проститься. Пусть теперь работают добытчики нефти. Хуже уже не будет, а лучше еще вполне может стать. — Она засмеялась, чтобы все поняли, что она шутит. На тот случай, если кто обидится.

— Смотри, чтобы тебя твои клиенты не слышали, а то пойдешь вместо штукатурки на стены, — работник завода встал и пошел за зубочисткой.

— А я скажу это кому угодно, — заревел Терт Кард. — За нефтью будущее, а рыба в прошлом. Здесь нет никаких сомнений. Всему миру нужна нефть. За нефтью стоят большие деньги. Сейчас слишком много рыбаков и слишком мало рыбы. Все сводится к этому. А теперь пошли в контору и будем заниматься этой чертовой газетой. Куойл, ты написал о судне? — Он все еще кричал. Еще немного, и пар повалит прямо из ушей.

— Валяй, — сказал Билли, который читал его статью, слышал, как Куойл всю неделю разговаривал о нефти по телефону, и видел, как он вернулся с мыса Отчаяния весь перепачканный нефтью, с грязным блокнотом. Он уронил его возле останков морских птиц. — Отдай ему свою статью, а мы посмотрим, как Терт Кард, Нефтяной Король, забьется в припадке. Можно подумать, он накупил акций на миллион долларов. Ха! У него две акции «Мобил». Две! — Билли сделал движение головой, напоминавшее змеиный выпад.

— Она лежит у меня на столе, — сказал Куойл.

— Я тебе этого не забуду, Билли Притти, — сказал Кард. У него на щеках горели огромные красные пятна.

Короткое парадное шествие до бухты Мучной Мешок, текущие стаканчики с кофе, руль, липкий от сахара с пончиков. Через десять минут Куойл передал Терту свою статью и молча наблюдал за тем, как его глаза бегали взад-вперед по строчкам.

«Подчиненные в ожидании припадка».

НИКТО НЕ СТАНЕТ УКРАШАТЬ СВОЙ ДОМ ФОТОГРАФИЕЙ НЕФТЯНОГО ТАНКЕРА

На стене публичной библиотеки Якорной Лапы висит фотография, сделанная в 1904 году. На ней изображены залив Бакланов и восемь шхун, отправляющихся за рыбой в открытое море с распущенными парусами. Они похожи на птиц с распростертыми крыльями. Они невыразимо прекрасны. Для того чтобы ими управлять, требуются мастерство и прекрасное знание моря.

Сегодня на морском горизонте чаще увидишь черный профиль нефтеналивного танкера. Нефть, в сыром или обработанном виде, без сомнения, в мировой торговле является товаром номер один.

Еще одним частым зрелищем стал разлив нефти, черная грязь, покрывающая километры побережья. Как побережье мыса Отчаяния на этой неделе. Сотни людей стали свидетелями того, как утром в понедельник четырнадцать тысяч тонн нефти-сырца из танкера «Золотой Гусь» вымыло на берег. Тысячи морских птиц и рыб бились в черной пленке, лодки и сети были загублены. «Пришел конец этим местам», — сказал Джек Ай, восьмидесятисемилетний житель Литтл Деспонд, который в годы своей молодости рыбачил на своей плоскодонке.

Нефть правит нашим миром. Более трех тысяч танкеров бороздят Мировой океан. Среди них есть самые большие плавучие сооружения, когда-либо созданные человеком: ОБПНС, или Очень Большие Перевозчики Нефти-Сырца, танкеры длиной до четырехсот метров и водоизмещением более 200 000 тонн. Многие из этих танкеров не снабжены перегородками внутри отсеков. Некоторые уже морально и физически устарели и проржавели. Одно можно сказать точно: нас ждет еще не один разлив нефти, и некоторые из них будут иметь катастрофические масштабы.

Никто не станет украшать свой дом фотографией нефтяного танкера.

Терт Кард закончил читать, положил статью на угол своего стола и посмотрел на Куойла.

— И ты туда же, — сказал он. — И ты, мать твою, туда же.

Вечером того же дня он стоял у окна в опустевшей комнате новостей и разговаривал с отсутствующим Куойлом.