Соно Аяко - Синева небес

Фудзио, затаив дыхание, искоса наблюдал за состоянием Рэйко.

— Вы говорите: существует опасность, что ребенок будет заражен СПИДом, почему господин так думает?

— Я не знаю. Я не делал никаких анализов, — сказал Фудзио небрежным тоном.

— Это же крайне безответственно! — в голосе Рэйко зазвенело едва сдерживаемое негодование.

— Когда я услышал, что он умер, первое, что почувствовал, — я тоже, скорее всего, умру от этой болезни. Я любил его, слышал, что он умирал в страшных муках, поэтому решил, что и меня ждет подобная участь; умереть было моим естественным желанием. Кроме того, — ребенок. Если вдруг на ни в чем не повинного ребенка перейдет эта болезнь, я должен будут умереть как естественный виновник произошедшего. Когда она забеременела, то радовалась, не веря своему счастью. У меня язык не поворачивается сказать, что этот ребенок, может быть, заражен СПИДом. Нет никаких сил сказать. Скорее умру, чем скажу.

— Значит, господин ощущает какие-то перемены? Какие-то странности в организме?

— Сегодня все нормально, но, признаться, в последнее время часто стал простужаться. Порой думалось: как это странно, что простуда все не проходит. Более того, я из-за этого сильно похудел. Еще недавно я был таким толстым, даже стыдно сказать. Из-за того, что никак не могу похудеть, несколько раз садился на диету. А вот теперь внезапно потерял семь килограммов. Стал плохо себя чувствовать и покончил с диетой, но все еще худею. Для нее делаю вид, что по-прежнему придерживаюсь диеты, она даже уже стала говорить: «Опасно, если не знаешь меры». Думаю, что скоро уже не смогу лгать.

— И зная все это, вы вступаете в отношения со мной? Да вы понимаете, какую ответственность на себя берете?!

— Прости. Я сейчас в таком состоянии, что уже не могу проявлять такую заурядную заботу. Поэтому, если ты возмущена, то можешь поступать, как тебе заблагорассудится. Я все покорно снесу. Мне, вероятно, уже долго не протянуть, как ни крути. Поэтому ты можешь поступать, как тебе нравится.

Болтая обо всем этом, Фудзио постепенно приближался к тому, чтобы придать ощущение правдоподобия своей выдуманной повести.

— Сейчас у меня возникло желание провести хотя бы один день в жизни, не вспоминая о своем несчастье. Поэтому, чтобы завтра поехать к своей женщине, я решил взять фартук. Вот и купил его. Он там, лежит на заднем сиденье.

Фудзио сказал это чуть ли не плачущим голосом.

— Услышав такой рассказ, я не могу промолчать. Ведь происходящее слишком ужасно.

— Мне все равно. Прежде, если женщина мне угрожала, я действительно сразу робел. Но сейчас уже ничего подобного нет. Я долго не проживу, поэтому бояться еще чего-то, кроме смерти, не вижу смысла.

— Где же господин живет? — голос Рэйко сделался грубым и неприятным.

— У меня сейчас нет дома. Один знакомый порой пускает меня пожить в его загородном доме, иногда я провожу ночь в репетиционном зале театральной труппы, где работают мои друзья, временами остаюсь ночевать в доме моей женщины.

Фудзио хотел выразиться так, чтобы дать понять, что адреса он не назовет.

— Я не намерена молча сдаваться! Такое происходит! И молчать — это не по закону.

— Согласен. Делай, что хочешь. Я безумно веселюсь по привычке беспечного человека, а ты злишься из-за неудачи в сексе, причину которой понять можно. Я поступаю неблагоразумно, стараясь забыть все это, — вот в чем правда. Правда и в том, что я даже сексом уже не могу заниматься, настолько меня захватила болезнь, и я физически ослаб.

— Я впервые встречаю такого безответственного человека, — почти неслышно выдавила Рэйко.

— Но я же говорил, что я — поэт. Если ты считаешь, что никак не можешь простить меня, то давай умрем вместе, а? Сверзимся в овраг, на скорости влетим в дерево, или, разогнавшись, — с мола, вместе с машиной — в море. Я выполню свой долг, приняв смерть вместе с тобой.

— Излишняя забота. У меня совсем нет желания умирать на парус тобой.

— Наконец-то я услышал «ты». Я только этого и ждал с самого начала. Можешь меня ненавидеть, можешь поносить, но я мечтал, когда же смогу стать для тебя чем-то большим, чем «господин». Подумать только, я, возможно, уже скоро умру, и в это время размышляю о каких-то пустяковых вещах…

— Что касается меня, то я хочу получить деньги. Денежная компенсация в данном случае вполне естественна, согласись.

— Денег у меня нет. Когда я расставался со своим другом, то все, что у меня было, отдал ему. Поэтому, когда я встретился со своей женщиной, это было первое, что я ей сказал. Я сказал: у меня нет денег, поэтому, думаю, мне нельзя с тобой встречаться. Тогда она страшно рассердилась. В отличие от тебя. Она сказала: если наши отношения связываешь с деньгами, то лучше сразу расстанемся. Пожалуйста, уходи. Я так обрадовался этим словам. Мне стало ясно, что она действительно любит меня.