Соно Аяко - Синева небес

В отличие от других, Фудзио доводилось успешно справляться с довольно большим числом «близких женщин», поэтому он полагал, что владеет искусством производить впечатление. Когда хотел, он мог ублажить. Однако ублажать эту жадную тварь — ни за что на свете, увольте!

С этой мыслью Фудзио целенаправленно приступил к делу…

…По-прежнему шумел снаружи дождь. Грубое костистое лицо без косметики и разметавшиеся по подушке короткие волосы Рэйко вызывали отвращение. Фудзио поспешно отодвинулся от женщины и, с чувством облегчения, вытянулся, перевернувшись на спину.

— Господин, вы говорили, что часто встречаетесь с женщинами. И что, у вас всегда вот так? — спросила Рэйко, придя в себя.

Эта женщина, обращаясь к нему, неизменно говорит просто «господин». А ведь он назвал ей свое, хоть и вымышленное, имя. Потом, чего доброго, она еще потребует и оплаты за услуги

— Да. Я ко всему в жизни безразличен, — отозвался Фудзио.

— Думаю, не так уж безразличны. Не больше, чем нормальные люди.

Понятное дело. А эта дура торжествующе болтает об очевидном. Фудзио сложил руки за головой и уставился в потолок.

— Не заинтересовала, вот и не получилось.

— Не может быть, чтобы так разочаровала.

— Тебе хорошо критиковать…

— Но у нормальных людей накапливается опыт. В определенной степени.

— Сегодня я хотел здесь приятно провести время, но с тобой мы, кажется, не сходимся характерами. И раз уж нет смысла тут оставаться, давай вернемся домой.

— Кто платит — тому и решать.

— А если бы ты платила, что тогда?

— Если бы я платила, то осталась бы тут до самого утра. Чтобы не нести убытки.

Фудзио на какое-то время молчал, озадаченный ее словами.

— Ты и вправду мелочная женщина, — только и нашелся, что сказать.

— Ну тогда мне все равно…

— Уйдем, — сказал он, вставая. — Я поэт, поэтому мне никак нельзя следовать твоему скаредному предложению.

— Ладно, коли так. Только, пожалуйста, отвезите меня до дому. Вы же завезли меня в такую даль.

Фудзио и сам это понимал, но слова Рэйко «вы же завезли меня в такую даль» вызвали в нем раздражение. Однако до осуществления плана, который он задумал, сидя в ванной, было еще далеко, поэтому он вышел на улицу с таким выражением лица, словно сказанное Рэйко признает справедливым.

Было уже больше одиннадцати.

— Какой ужасный ливень! В такие дни особенно впадаешь в уныние. Я хотел забыть о неприятностях, вот и пригласил тебя, но получилось неудачно. Я ведь действительно сюда приехал с желанием поговорить с тобой, — недовольно проворчал Фудзио, опускаясь на водительское место и застегивая ремень безопасности.

— О чем поговорить?

— Дело в том, что у меня нет официально зарегистрированного брака, но есть женщина, которая беременна от меня.

— Так это ведь прекрасно. Почему же вы не женитесь? Раз родители умерли, не должно быть особых помех.

Фудзио включил «дворники» и двинул машину с места.

— С чего же начать?… Дело в том, что почти полгода тому назад я жил в Сан-Франциско.

— …

— Я, как правило, не задумываюсь о будущем, поэтому, получив от родителей какое-никакое наследство, уехал в Америку. Там мне пришлось жить вместе с одним человеком.

— Для вас это было неудобно? Ну да, вы же поэт.

— На самом деле это был хороший человек. Талантливый, красивый. Но этот человек был мужчиной. Начинающим актером.

— Вот оно что.

— В течение трех лет мы с ним беспечно жили в свое удовольствие. И находили общий язык… Однако я стал подумывать о том, что так дальше продолжаться не может. Было всякое, но для того, чтобы одним махом разорвать с ним отношения, я вернулся в Японию. А затем встретил здесь женщину.

Я хотел вернуться к добропорядочной жизни и был чрезвычайно рад этой встрече. Пусть эта женщина мне не жена, но, возможно, станет женой, — такая мысль приходила мне в голову, и когда она сказала, что беременна, я действительно пожалел, что мои родители не дожили до этого дня.

— Еще бы…

— Сначала мы с ней решили не вступать в брак, хотели сохранить свободные отношения, но когда стало ясно, что появится ребенок, мы задумались о заключении банального брака. В этот самый момент пришло сообщение о том, что умер мой друг, с которым я жил в Сан-Франциско.

— Это было некстати? Ведь у господина не было желания вспоминать о таком прошлом?

— Так-то оно так, но дело оказалось нешуточным. Мне сообщили, что этот мужчина умер от СПИДа. Поэтому возникла опасность, что даже ребенок может быть заражен.