Евгений Ничипурук - Сны сирен

В глобальной Сети он познакомился с неким Сергеем Издубны – странным человеком, непонятно как сколотившим себе приличное состояние еще в начале девяностых и потратившим почти все эти шальные деньги на создание клубов сновидений. Этот самый Сергей нанял десятки аналитиков и открыл по всему СНГ сотни таких клубов, куда люди приходили и просто-напросто рассказывали свои сны. Сны записывались и тщательно анализировались. Аналитические записки стекались к Сергею, который, словно чокнутый профессор, почуявший близость великого открытия, почти на год закрылся в своей лаборатории и засел за изучение выводов сильнейших психологов постсоветского пространства. Каково же было удивление Сергея, когда он вдруг обнаружил, что незнакомым людям зачастую снятся одни и те же места, одни и те же персонажи, схожие события. Что иногда они видят во сне других сновидящих, которые, в свою очередь, видят их…

В общем, чем глубже он копал, тем больше появлялось вопросов. Получая все новые и новые крупицы знаний, он создал и систематизировал концепцию пространства сновидения. Именно он ввел в обиход этот термин – «хакеры сновидений», поправил и упростил разрозненные практики осознанного сновидения, именно он научил Лоскута путешествию по снам. В своих исследованиях Сергей преследовал в том числе и коммерческие цели – он хотел открыть нечто вроде турбюро и за деньги отправлять желающих в страну сновидений…

Тут мы не выдержали и прервали рассказ Лоскута криками: «Прям как мы! А мы думали, что это полный бред! Вот видишь, человек тоже так сделать хотел! Что дальше? Что из этого вышло?»

Лоскут продолжил. Оказывается, довольно скоро исследованиями Издубны заинтересовались спецслужбы. Шутка ли – ведь если существует некое единое пространство, в которое могут попадать сновидящие, то в этом пространстве можно найти любого спящего! Например, Усаму бен Ладена. И воздействовать на него. Даже убить… Если это правда, то, конечно же, подобные технологии должны находиться у спецслужб, а не у простых смертных. Сначала они пытались Сергея купить, потом давить на него, но Сергей понял, что ситуация складывается нелучшим образом, и выложил большую часть своих исследований в Интернете, в открытом доступе. Чтобы тайны перестали быть тайнами, и у всех желающих были равные условия. Через какое-то время ФСБ поудаляло многое из его открытых статей, но далеко не все. Статьи успели размножиться и осели на различных иностранных серверах. К сожалению, сохранившиеся сейчас материалы – наиболее «попсовые» из написанного и в основном касаются общих вопросов. Ну а Сергей пропал. И числился без вести пропавшим почти два года, пока его не нашла родная сестра в провинциальной психиатрической лечебнице. Мозг Сергея был абсолютно «чист». Как белый лист. Или как деревяшка. В нем не сохранилось никакой информации. Издубны не мог говорить. Не узнавал никого. В общем, превратился в овощ. Таким его доставили в психушку, подобрав на дороге, бредущим в неизвестность по обочине. С тех пор его состояние не изменилось. Инвалид, живет на попечении у сестры. Что с ним произошло, никто не знает, но поговаривают, будто это спецслужбы в отместку «стерли» его… А может, он решил проникнуть в запретную зону и на свою беду повстречался там с олли или летунами. И именно эти твари «поработали» над ним.

Лоскут вздохнул. А нам стало не по себе, и я быстренько соорудил еще несколько дорожек. Перспектива столкнуться лбами со спецслужбами отнюдь не радовала, но, здраво рассудив, мы поняли – мы им не нужны. Мы же так, любители. Если кто и интересен для ФСБ, так это Лоскут и прочие продвинутые хакеры. А раз Лоскут сидит перед нами, живой и здоровый, то бояться, пожалуй, нечего. Либо ОНИ отыскали другой, более перспективный путь для изучения мира сновидений, либо разочаровались в этой теории и закрыли проект.

Подошла наша очередь рассказывать, и мы наперебой поведали Лоскуту историю нашего знакомства.

…Небо было, как размазанная по шершавой бумаге акварель. Точно помню, что в нем присутствовали оттенки фиолетового. Словно кто-то случайно разлил всевозможные краски по облакам, а потом попытался исправить оплошность и удалить краску сухой кистью, но вышло еще хуже – получился полный авангард, беспорядочное смешение цветов и оттенков. Будто мы не на Земле, а на Марсе каком-нибудь. Или на Венере.

Я стоял под этим небом, на крыше, и курил. Зачарованно смотрел вверх и молчал. Вообще-то я нарушил кучу правил: выходить на крышу не разрешалось, а уж курить там и вовсе было запрещено строжайше. Но разве это могло остановить творческого человека, который увидел сквозь щелку в жалюзи такую красотищу в небесах?.. Потом, правда, в газетах писали, что вся эта цветовая какофония была вызвана аварией, спровоцировавшей выброс аммиака в атмосферу (вот откуда сходство с Венерой!), но в тот момент причины небесного буйства красок меня ничуть не интересовали. Тогда я работал на одно рекламное агентство, из офиса которого можно было попасть на эту крышу. Иногда, летом, мы по-тихому выбирались наверх, сидели, пили пиво и беседовали о том о сем. В тот вечер я задержался на работе допоздна. И остался в офисе совершенно один. И вот я стою на крыше, курю Kent и вижу, что на балконе дома напротив стоит симпатичная девушка, смотрит на небо и точно так же курит. Чуть позже мы оба поняли, что с интересом наблюдаем друг за другом. Я помахал ей рукой. Она помахала в ответ. Я начал жестикулировать, будто пытался общаться с инопланетянами, виновными в этом цветовом безумии. А может, я просто показывал ей, что она сама как инопланетянка, а я всего лишь хочу установить контакт с ней. В общем, минут через десять обмена непонятными сигналами я предложил спуститься вниз и познакомиться поближе. Она не отказалась. Внизу меня ждало милое двадцатилетнее создание с большими пухлыми губами и серыми умными глазами. Тоненькое и грациозное. Это была Ты. Помню, что одет я был вовсе не для знакомства с девушкой своей мечты – в кофту Adidas с капюшоном и кеды, да и был я лохмат. Ты же выглядела как модель с обложки журнала. Но почему-то эта разница нас не смутила.