Мишель Ричмонд - Брачный договор

Элис допила пиво и пошла к бару за бокалом.

– Ну так вот, он сказал, что одна из задач «Договора» – помочь супругам правильно выстроить приоритеты и выработать правильные привычки.

– Вивиан сказала, что цель – укрепление брака. Про приоритеты она ничего не говорила.

Элис налила себе в бокал воды из крана.

– Дэйв сказал, это вопрос направленности внимания. В жизни очень много отвлекающих факторов. Иногда мы видим какой-то блестящий объект, и нам сразу же хочется его получить. Но когда он отвлекает нас от самого важного – от брака, тогда и начинаются неприятности. – Она снова села на стул. – Дэйв сказал, что в этом смысле коварнее всего работа. Мы проводим так много времени с коллегами, так много вкладываем времени и сил в свою профессию, что порой с легкостью забываем о том, что должно быть для нас на первом месте.

– Ну, тут со многим можно согласиться. – Я подумал о том, как поздно Элис возвращалась домой до браслета и как я сам иногда не сплю ночами, размышляя о пациентах и их проблемах.

– Поймите меня правильно, Элис, – Элис изобразила бас Дэйва. – Работа важна для всех нас. Оглянитесь. Вы видели миниатюры зданий в зале совещаний, фотографии проектов в холле… И начал хвастаться гостиничным комплексом, который проектировал по заказу Дженкинсов. «Пин-сюр-Мер» называется.

– Хвастался связями?

Дженкинсы владели большей частью коммерческих зданий на полуострове. О «Пин-сюр-Мер» даже писали в газетах, не говоря уж о журнале «Архитектурный вестник». Я почувствовал сильную антипатию к Дэйву.

– Ага. Он, мол, потратил кучу времени на этот проект и целых три месяца воевал с архитектором.

– «Пин-сюр-Мер». Чересчур аристократично.

Элис принялась за манговый салат.

– Он сказал, что из-за проекта у него полностью сместились приоритеты; к счастью, «Договор» помог ему увидеть, что на самом деле важно, а что нет. Мол, это было очень трудно, но он рад, что «Договор» вмешался, и жаль, что не раньше. Потом перечислил награды, которые получил его «Пин-сюр-Мер». – Дальше Элис снова изобразила басом: – Но никакие проекты не сравнятся по степени важности с моей семьей и женой. Не к «Пин-сюр-Мер» я возвращаюсь в конце дня, а к Кэрри. Без нее моя жизнь не имела бы смысла.

– Ты уверена, что мы видели эту Кэрри в Хиллсборо? – спросил я, пытаясь вспомнить, как она выглядит.

– Не помнишь, что ли? Она и скульптор, и художник, и писатель, и еще кем-то там работает в Jimmy Choo… В заключение Дэйв сказал, что «Договор» – это нечто особенное, но мы этого еще не успели осознать, потому что только привыкаем ко всему, и что «Договор», черт побери, делает очень нужное дело. Лет через двадцать мы встретимся на ежеквартальном собрании и посмеемся над сегодняшним маленьким недоразумением.

– Через двадцать лет? Ой, вряд ли.

– Мы еще скажем ему спасибо и будем радоваться тому, что Финнеган привел нас в «Договор», и что, мол, все сталкиваются с подобными трудностями вначале. Поэтому его задача – помочь мне расставить приоритеты и избавиться от неправильного мышления.

Я вспомнил один пропагандистский семинар, которой посетил в колледже.

– По-моему, у Мао Цзэдуна такой лозунг был во время культурной революции в Китае.

– Может быть, – вздохнула Элис. – Да там вся речь была диктаторская! Он сказал, что я ему нравлюсь и ты тоже хороший человек и что трудно достичь баланса между работой и личной жизнью, потому надо сменить установки и пересмотреть приоритеты.

– Сменить установки? Что это значит?

– Понятия не имею. Потом он сказал, что его ждут в зале совещаний и время нашей встречи почти истекло, но я должна знать, что за всю историю «Договора» еще ни одна пара участников не развелась и не рассталась. И еще: может, «Договор» многого требует, но и дает много, счастливый брак например.

Я отхлебнул пива.

– Выходить надо из этого «Договора». Я серьезно.

Элис ковырялась в салате, отделяя кусочки манго от огурца.

– Джейк… вряд ли это так просто.

– А что они сделают? В тюрьму упекут? Не могут же они удерживать нас силой?

Элис закусила губу. Потом отодвинула тарелки и взяла мои ладони в свои.

– Это самое страшное. Когда я уже уходила, то сказала ему четко и ясно, что все это мне не нравится и что он оказывает на меня психологическое давление.

– Молодец. А он что?

– Улыбнулся и сказал: «Элис, доверьтесь «Договору». Я доверился, и Джейк доверится. Никто не выходит из «Договора». Потом наклонился ко мне ближе, сжал мне руку почти до боли и прошептал на ухо: «В смысле, живым». Я отшатнулась от него в ужасе. А он как ни в чем не бывало заговорил тем же тоном, каким разговаривал с нами на вечеринке. Сказал, что пошутил, и рассмеялся. Хотя было не похоже, что он шутил.