Джонатан Франзен - Поправки

Стемнело. На Кэтрин-стрит пахло последним бейсбольным уик-эндом. Они шли на восток, по пути Робин рассказывала Дениз про своего брата Билли. Дениз уже слышала эту историю от Брайана, но кое-что в версии Робин оказалось для нее неожиданностью.

– Погоди-ка, – перебила она. – Выходит, Брайан продал свою компанию корпорации «У.», а Билли напал на одного из вице-президентов этой корпорации, и ты усматриваешь тут связь?

– Господи, конечно! – воскликнула Робин. – В том-то весь ужас.

– Об этом Брайан не упоминал.

Робин буквально взвизгнула:

– Быть не может! В этом же все дело! Господи! Как это для него типично: словом не обмолвиться. Ведь иначе ему было бы нелегко, как и мне. Помешало бы ему наслаждаться жизнью в Париже или ланчем с Харви Кейтелем и вообще. Поверить не могу, что об этом он ничего не сказал.

– Объясни мне, в чем дело.

– Рик Флэмбург останется инвалидом до конца жизни, – сказала Робин. – Мой брат проведет в тюрьме ближайшие десять-пятнадцать лет, эта мерзкая корпорация захватывает городские школы, отец сидит на антидепрессантах, а что Брайан? «Смотри, как облагодетельствовала нас корпорация "У.", мы можем переехать в Мендосино!» [81] Мендосино – мыс и округ в Калифорнии.

– Ты же ничего плохого не сделала! – заступилась Дениз. – Разве ты в ответе за все это?

Робин резко обернулась и посмотрела ей прямо в глаза:

– В чем смысл жизни?

– Не знаю.

– И я не знаю, но думаю, смысл не в том, чтобы выигрывать.

Они шли дальше в молчании. Дениз, для которой выигрывать кое-что все-таки значило, угрюмо отметила, что Брайану и тут повезло: он женился на женщине с принципами. И тем не менее, добавила она к своим наблюдениям, Робин не слишком-то предана мужу.

В гостиной Дениз мало что изменилось с тех пор, как три года назад ее выпотрошил Эмиль. В уик-энд слез, когда оба старались перещеголять друг друга в самоотверженности, победа осталась за Дениз благодаря двойному преимуществу: она чувствовала себя более виноватой, чем бывший муж, и к тому же дом достался ей. Поэтому она уговорила Эмиля забрать практически всю мебель, которая ей нравилась или представляла для нее ценность, а также и ту, которой она не столь дорожила, но тоже могла бы попользоваться.

Бекки Хемерлинг пустой дом отпугивал. Такой холодный, полный ненависти к себе, вроде монастыря.

– Как мило, просторно! – похвалила Робин. Дениз усадила Робин за ополовиненный стол для пинг-понга, служивший ей обеденным, открыла бутылку вина за пятьдесят долларов и приступила к процессу кормления. У Дениз не возникало проблем с весом, но, если б она ела как Робин, через месяц бы лопнула. С почтительным изумлением Дениз смотрела, как гостья, быстро работая локтями, истребила две почки, сосиску домашнего приготовления, отведала все салаты из квашеной капусты и щедро намазала маслом изрядный – уже третий по счету – кусок ржаного хлеба из домашней пекарни.

Дениз мутило, она почти не могла есть.

– Святой Иуда [82] По-английски имя апостола Иуды совпадаете названием города Сент-Джуд. – мой любимый святой, – сказала Робин. – Брайан тебе говорил, что я хожу в церковь?

– Да, говорил.

– Еще бы. Он у нас такой терпимый, всепонимающий! – Робин возвысила голос, лицо ее разгорелось от вина. У Дениз что-то сжалось в груди. – Одно из больших преимуществ католичества – это святые патроны, такие, как святой Иуда.

– Покровитель безнадежных дел?

– Вот именно. Зачем нужна церковь, если не ради проигранных дел?

– Вот так я болею за футбол, – подхватила Дениз. – Победителям сочувствие не требуется.

Робин кивнула:

– Да, ты-то знаешь, о чем я. Но когда живешь рядом с Брайаном, начинаешь думать, что проигравшие в чем-то не правы. Нет, он не критикует, он такой терпимый, любящий, готов все понять. Брайан просто замечательный! Никаких изъянов! Однако он ставит на победителя, а я вот не победитель. Да и не хочу им быть!

Дениз никогда не подвергала Эмиля подобному анализу и даже сейчас не собиралась этого делать.

– А ты – ты как раз из победителей, – продолжала Робин. – Вот почему, честно сказать, я боялась, что ты меня вытеснишь. Дышишь мне в спину.

– Не-а.

Робин довольно хихикнула.

– Замолвлю словечко за Брайана, – сказала Дениз. – Ему вовсе не требуется, чтобы ты походила на Брук Астор. [83] Брук Астор (1902-2007) – нью-йоркская светская дама и благотворительница, чье имя к 90-м годам стало нарицательным. Он вполне довольствуется мещанским уютом.