Алексей Фомин - Затон

Музей располагался в большом особняке из красного кирпича. Глядя на его причудливо изломанную крышу, стены затейливо изукрашенные лжеколоннами и карнизами, Анна подумала было, что особняк старинный, никак не позже конца XIX века, но, вспомнив про тот самый сорок второй год, сообразила, что перед ней, скорее всего, восстановленная копия. Она вошла внутрь и на мгновение замерла, оглядываясь по сторонам и соображая, к кому бы ей обратиться.

Девушка, последняя экскурсия уже ушла. Музей скоро закрывается.

Анна обернулась на голос. В углу, за невысоким столиком сидела сухонькая старушка.

Ничего, я догоню. Давайте билет. – Анна протянула ей купюру.

Возьмите сдачу! – прокричала ей в спину старушка-билетерша, но Анны уже и след простыл.

Экскурсию она нагнала во втором зале и принялась вместе со всеми дисциплинированно разглядывать экспонаты, внимая хорошо поставленному голосу экскурсовода и наслаждаясь прохладой, царившей в музейных залах. Экскурсовод, женщина средних лет, добросовестно выполнила свою работу и, распрощавшись с экскурсантами, уже собиралась юркнуть в дверь с надписью: «Только для персонала», когда Анна остановила ее репликой:

Простите, можно вам задать один вопрос?

Экскурсовод обернулась и с благодарностью поглядела на экскурсантов, дружной гурьбой толпившихся у выхода, потом перевела взгляд на Анну, стоявшую в метре от нее.

Да, пожалуйста. Слушаю вас. – Она была корректна и вежлива, но в ее глазах Анна прочитала: «Какого черта тебе нужно? Рабочий день закончен. Задавай свой вопрос и проваливай побыстрее». Может быть, мысленно она была уже дома и готовила ужин любимому мужу, или же – поливала грядки на даче, где немилосердное солнце старалось сжечь каждую травинку, а может быть, с ужасом предвкушала полуторачасовую поездку домой в переполненном, раскаленном автобусе. Но… она была корректна и вежлива.

Простите… – заторопилась Анна. – Меня интересуют события осени 1918 года. В частности, пароход «Святая Анна». Он должен был прийти из Самары с боеприпасами для Красной Армии. А вот пришел ли? Я не знаю… Но если он доставил их, то получается, что именно этот пароход, вернее его груз стал тем решающим фактором, который и позволил красным разбить армию генерала Краснова. – Она почувствовала себя совсем неловко оттого, что задерживает человека, у которого рабочий день закончился пятнадцать минут назад. – Простите… Меня интересует этот пароход. Но я не тороплюсь. То есть, я хотела сказать, что я могу прийти завтра. – Спохватилась Анна, испугавшись, что ее не так поймут. – Вы не подумайте, я готова заплатить за ваш труд.

Женщина устало улыбнулась.

Заплатить – это здорово. У нас не такая уж большая зарплата. Но я вам не смогу помочь. При всем желании. Серьезной исследовательской работы у нас давно уже не ведется, да и слишком я далека от всего этого. Вам бы надо поговорить с кем-нибудь из работников предыдущего поколения. Амалия Карловна! – она окликнула старушку-билетершу, возившуюся у дверей. – Что же вы запираете, у нас еще не все посетители ушли…

Да? – Подслеповато щурясь, та уставилась на Анну. – Ну, так и не задерживайте их, этих посетителей.

Амалия Карловна! – Экскурсовод снова повысила голос. Видимо, старушка-билетерша была глуховата. – У вас есть адрес или телефон Екатерины Константиновны? – Она повернулась к Анне и пояснила: – Екатерина Константиновна проработала здесь почти всю свою жизнь. И ведущим научным сотрудником была, и даже, кажется, в незапамятные времена – заместителем директора. А потом ее все-таки вытолкали на пенсию. Но она все равно осталась работать здесь, только уже билетером, как и Амалия Карловна. А в прошлом году вынуждена была уйти. По состоянию здоровья… Может быть, она вам чем-то поможет. Гражданская война и, естественно, Царицын были в сфере ее научного интереса.

Амалия Карловна, бросив возиться с сигнализацией, уковыляла куда-то, скрывшись из виду.

Пишите, – сердито буркнула она, снова появившись из одной из дверей. – Она раскрыла перед Анной блокнот и указала пальцем место, с которого следовало переписывать. – Она недалеко отсюда живет, для вас – пешком полчаса.

Такое сомнительное удовольствие, как получасовая пешая прогулка под лучами уже катящегося к закату, но от того не менее бешеного солнца, было отвергнуто Анной без малейших колебаний. В такую погоду, впрочем, как и в любую другую, она предпочитала передвигаться по городу с помощью автотранспорта.