Александра Маринина - Дорога

– Кошмар, – согласился Камень.

– Погоди, главный кошмар еще впереди, – зловеще пообещал Ворон. – Это еще цветочки были.

– Что, и ягодки будут?

– А как же!

Через неделю после ухода Родислава Люба поехала на дачу к отцу и дочери. Она старалась выглядеть веселой и беззаботной, отвезла им две тяжеленные сумки с продуктами, сходила с Лелей на озеро, встретила там Аэллу, которая приехала к родителям, они вместе устроили шашлыки на участке перед домом Романовых, и выслушала искренние сожаления отца по поводу того, что Родик так много работает, даже по выходным, и не имеет возможности отдохнуть, расслабиться и поесть вкусного мяса.

Домой она вернулась поздно вечером в воскресенье и еще с улицы заметила, что в окнах квартиры горит свет. «Родик! – мелькнула радостная мысль. – Он вернулся!»

Но это оказался Николаша.

– Мамуля, я остался без денег, и пришлось вернуться, – весело объявил сын. – Буду в Москве наверстывать упущенную выгоду.

– Ты все проиграл? – ужаснулась Люба. – Мы с отцом дали тебе денег на два месяца жизни, а ты все спустил?

– Мать, легко пришло – легко ушло, закон жизни. А то, что легко ушло, так же легко вернуть. Мне и в Москве неплохо отдыхается. А ты чего одна? Где отец? На даче остался?

– Он в командировке, – пробормотала Люба.

– Когда вернется?

– Не скоро. Там какая-то большая комиссия выехала для инспекторской проверки…

– Все-все-все, – замахал руками Коля, – не грузи меня этими подробностями, я все равно ничего не понимаю.

– Сынок, я тебя умоляю, не впутывайся ни в какие аферы, папы нет в Москве, если что случится – тебе никто не поможет.

– Мать, ты меня удивляешь. – Николаша сделал честное и невинное лицо. – Какие аферы? Я честно делаю деньги своим умением и умом. Я чту Уголовный кодекс.

Разговор был бессмысленным, Люба это прекрасно понимала. Все равно Коля будет поступать по-своему, и все равно рано или поздно это плохо кончится.

На следующий день она прямо с утра позвонила Родиславу на работу и сказала, что сын вернулся. Родислав забеспокоился.

– Я вечером позвоню, узнаю, все ли у вас в порядке. Ты была на даче?

– Была.

– Как там дед, как Лелька?

– Хорошо. Они спрашивали про тебя, я сказала, что ты на работе. Но Кольке пришлось сказать, что ты в командировке.

– И когда вернусь?

– Не скоро. Впрочем, ему нет до этого никакого дела. По-моему, он не слышал почти ничего из того, что я ему говорила. Родик, мне как-то неспокойно. Он проиграл все деньги и сейчас собирается их вернуть. Не впутался бы во что-нибудь.

Родислав разделял ее опасения. Вечером он, едва придя с работы, кинулся к телефону. Коли не было дома, но, впрочем, было еще совсем рано, всего восемь часов. Не пришел сын и в десять, и в одиннадцать.

– Ложись спать, – сказал он Лизе, – я посижу на кухне, почитаю.

– Почему ты не идешь спать? – удивилась она.

– Я должен дождаться, когда Колька вернется домой или хотя бы матери отзвонится. Я волнуюсь за него.

Лиза недовольно нахмурилась и ушла в комнату. Родислав очень старался никого не потревожить своими звонками, брал телефонный аппарат на длинном шнуре и уносил в ванную, чтобы поговорить с Любой, но Лиза все равно не спала, слышала, как он ходит звонить, и злилась. Наконец Коля явился домой, и в половине второго Родислав лег.

– Все в порядке? – спросила Лиза, поворачиваясь к нему и крепко прижимаясь.

– Сегодня – да, а что дальше будет – сказать трудно.

Она ждала ласки, но Родислав, перенервничавший из-за сына, не был настроен на любовные игры. Лиза быстро поняла это и обиженно отвернулась.

На другой день повторилось то же самое, с той лишь разницей, что Николай вернулся не в половине второго, а чуть за полночь, но зато изрядно побитый. Родислав в первый момент, услышав об этом от Любы, собрался было приехать, но жена его остановила:

– Ты же в командировке, тебе сюда нельзя.

– Но ему нужен врач!

– Ты не врач, Родинька. – Несмотря на переживания, Люба умудрялась говорить мягко и достаточно спокойно. – Я его осмотрела, кости вроде целы, кровь я остановила, ссадины обработала, а завтра утром, если будет нужно, я вызову врача.

Врач, к счастью, не понадобился, Люба обошлась собственными силами, и несколько дней, пока Николаша приходил в себя и сидел дома, Родислав был спокоен. В субботу вечером все началось снова, Николай ушел днем, и в час ночи его еще не было дома.

– А вдруг ему стало плохо? – волновалась Люба. – Все-таки его довольно сильно избили, он не долечился.