Владимир Зарев - Разруха

— Все забываю тебе сказать… — спохватилась она вдруг.

Боян промолчал, так хорошо было просто сидеть и молча смотреть на нее, в темноте Магдалина казалась незнакомкой.

— Тебя уже неделю разыскивает какой-то человек. Ведет себя воспитанно, но ужасно настойчиво.

Он протянул руку и погладил ее по бедру. С тех пор, как она отправила сына обратно к родителям, Магдалина перебралась в бывшую спальню Марии. «Ты храпишь, и я не могу уснуть», — она унесла все свои ночные рубашки, туалетные принадлежности, привычки и запахи, сделав это так, словно ничего не произошло: «Я ведь все равно здесь, рядом». Это его задело и ожесточило, но следовало ей позволить хоть эту независимость, и он промолчал.

— Не посмела дать ему номер твоего мобильного. Но он вел себя как-то странно… — Магдалина запнулась, — словно имел право его знать.

— И правильно, что не дала.

На следующий вечер он застал ее у телевизора, она лежала, закинув руку за голову и теребя другой свою сережку. Магдалина его не услышала, погрузившись в свое одиночество. Ее одиночество сгущало воздух, оно было столь ярким и непроницаемым, что он воспринял его как ее ауру, как ореол. «Кажется, она действительно меня бросила», — мелькнула у него мысль, но тут Магдалина обернулась, и ее улыбка его успокоила.

— Сегодня здесь был гость.

— Вот как… прекрасно, — сказал Боян.

— Неожиданно приехал тот человек… я его никогда раньше не видела. Приехал на шестисотом Мерседесе. Изысканный мужчина, с чувством юмора, волосы с проседью, так галантно за мной ухаживал, я угостила его кофе.

— И что ему было нужно, этому развратнику?

— Он настаивает на встрече с тобой. Сказал, что он кузен Генерала.

Боян как раз развязывал шнурки туфель. От неожиданности он замер. Покраснел, словно его застукали на чем-то неприличном. Мысли бешено заметались. «Откуда он взялся, этот изысканный, с проседью? Он пришел за деньгами, за моими деньгами. Но у меня сейчас нет свободных, мне самому нужны деньги», — обожгло его сознание. Как всегда его настороженность перед любым испытанием переросла в гнев.

— Чепуха, если мне придется встречаться с кузенами всех генералов…

— По его словам, это был Генерал с большой буквы. Да, и еще он хотел показать тебе какую-то купюру…

— Не пей больше кофе с всякими проходимцами, — Бояну не удалось скрыть раздражения. Он отфутболил свои туфли в угол, но так и не выпрямился — весь день его мучила изжога.

— Этот не похож на других, я никогда не встречала его на приемах и коктейлях, кажется, он не бизнесмен, но и не человек с улицы… похож на дипломата. Или на человека, у которого есть права на проведение конкурса «Мисс Болгария». И главное, он сделал твой жест… поднял правую руку и приложил ее к сердцу. Нарочно, так что нельзя было этот жест не заметить… — Магдалина нахмурилась, — я бы даже сказала, демонстративно.

«Масон? Брат по Ложе? — мысленно изумился он. — Возможно, я его знаю!» По совету Генерала, как только Великая Ложа была в стране восстановлена, Боян приложил все усилия, чтобы оказаться среди Вольных Каменщиков. Задействовав связи и деньги, он сумел добраться до Великого Магистра и получить его благословение. Тот сам предложил его в члены Ложи, как этого требовал устав Вольного братства. Но тут нашла коса на камень. Он попытал счастья в двух софийских Ложах, но по итогам голосования получил больше черных, чем белых шаров. Его отвергли при тайном голосовании. Тогда, заручившись поддержкой, он сумел пройти в члены Ложи города Русе, «Дунайскую зарю», получив первую степень ученика. Помещение, в котором проходило таинство посвящения, было тесным, влажным и отдавало плесенью, но сам ритуал пленил не только его ум, но и сердце. Став членом Ложи, Боян никогда больше не появлялся в «Дунайской заре», направив свои стопы прямиком в софийскую Ложу «Сердика». Он был щедр, и поэтому — необходим. А на третий месяц стал незаменимым. Но быть учеником показалось ему недостойным и унизительным, первая степень из трех возможных показалась ему просто бессмысленной, ведь она даже не приоткрывала ему дверь в мир европейского, а главное, американского бизнеса. В следующем году Боян нанял самолет и вместе с тридцатью влиятельными болгарскими масонами посетил базу НАТО в Италии, где они присоединились к Шотландскому уставу [45] Шотландский устав — один из наиболее распространенных масонских уставов. Принят в 1801 г. , а он лично получил высшую, тридцать третью степень посвящения. Это продвижение по иерархической лестнице не только резко усилило влияние Бояна в мировых бизнес-кругах, но и открыло ему путь к возможности стать Великим Магистром всего болгарского, еще раздробленного масонства.