Энтон Майрер - Однажды орел…

Чтобы отвлечься от этих мрачных размышлений, Томми заметила:

— Это очень мило, что генерал приехал к нам в эту пустыню навестить нас, бедняг.

Лицо Мессенджейла изменилось: оно опять стало хладнокровным, спокойным, вдумчивым, проницательным.

— Командующий любит иногда совершить что-нибудь беспрецедентное, — сказал он, бросив взгляд на танцующую с генералом миссис Келлер. — Он считает, что это заставляет людей быть более активными. Мы уже проделали большой путь в этой поездке. По его мнению любой, даже самый маленький, форт ничуть не менее важен, чем другой. Не каждому удается нести службу рядом с троном, некоторым приходится ползать среди кактусов а чертополоха.

Томми вскинула голову; на длинном бледном лице Мессенджейла была печальная улыбка.

— Тем не менее вы не можете не согласиться, капитан, что существует много гораздо более интересных мест для службы, — заметила Томми.

— Разумеется. Факты упрямая вещь, и я вовсе не принадлежу к тем, кто с ними не соглашается. Однако генерал считает, что хороший офицер должен оставаться хорошим, куда бы его ни назначили, при условии, конечно, что он наилучшим образом использует свои способности. Вы, несомненно, понимаете это лучше любого другого здесь, правда ведь?

Томми хотела было ответить ему дерзостью — ссылки на то, что она воспитывалась в армейской обстановке, начинали все больше и больше раздражать ее, — но его лицо показалось ей дружелюбным, сочувствующим, совершенно бесхитростным. Он был хорошим партнером, и ей было легко танцевать с ним, она непрерывно испытывала приятное возбуждение. Находясь рядом с ним, слушая его, невольно начинаешь думать о власти, о стремительном приближении каких-то крупных событий: баррикады, падение кабинетов, воззвания к ликующим толпам народа, разбрасываемые с мрачных мраморных балконов… «Он далеко пойдет, — подумала Томми, наблюдая за надменным аскетическим лицом Мессенджейла, за проницательным взглядом его необыкновенных янтарных глаз. — При логическом развитии событий он наверняка станет начальником штаба сухопутных войск, [44] Высшее должностное лицо в армии США, фактически — главнокомандующий. Он полностью ответственен за вопросы боеготовности, боевой подготовки и боевого применения сухопутных войск, их идеологической обработки и материально-технического обеспечения, является членом объединенного комитета начальников штабов и в качестве такового — советником президента США по сухопутным войскам. — Прим. ред. даже и не при логическом. Однако, — ее взгляд упал на секунду на знаки различия Мессенджейла, — у него нет никаких боевых наград; компетентный, очень компетентный штабной офицер должен был бы иметь французские, бельгийские и итальянские награды, если, конечно, его представил бы к ним какой-нибудь влиятельный начальник…»

— Да, я тоже отношусь к тем, кто считает, что надо служить там, куда ты назначен, — продолжал Мессенджейл. От его внимания не ускользнул быстрый взгляд Томми на знаки различия. — Я, например, всегда считал, что пост военного атташе при пашем посольстве в Лондоне был бы для меня наилучшим из всего возможного. Однако говорят, что человек, занимающий в настоящее время этот наилучший пост, предпочел бы вернуться в Вашингтон и служить там… Жизнь — любопытная вещь, не правда ли? Когда мне было семь…

Он внезапно замолчал и с необыкновенным проворством отступил в сторону; оглянувшись, Томми увидела рядом с собой раскрасневшееся от танцев полное квадратное лицо генерала Першинга.

— Вы эгоист, Мессенджейл. Нельзя же забирать всех молодых и очаровательных дам, — весело сказал он.

Томми была поражена. Он хочет танцевать с ней! Генерал армий, почетный гость на официальном приеме решил танцевать с женой первого лейтенанта. Такого никогда не бывало. Она успела заметить вокруг себя изумленные, восхищенные и возмущенные лица.

— Это была всего-навсего разведка, сэр, — ответил Мессенджейл без тени замешательства. — Я как раз собирался представить ее вам.

Генерал засмеялся и начал танцевать с ней.

— Решил действовать вопреки протоколу, — тихо сообщил он Томми. — Так нельзя, чтобы все хорошее доставалось только молодым людям. — Не переношу женщин, у которых нет чувства ритма, — добавил он сердито. — Это непростительно.

— В вашем окружении исключительные офицеры, генерал, — сказала Томми первое, что пришло на ум. Ей казалось, что все в зале смотрят на них. Полковник Паунолл прекратил танцевать и уставился на них с открытым ртом.