Джонатан Летем - Бастион одиночества

— Гос пришла. Выглядит отпадно.

Линус вернулся с двумя стаканами пива.

— Там Гос, Эбдус, — повторяет он. — Может, подсуетишься?

Линус неспроста так настойчив: Лиза Госет, только что поступившая в Стайвесант, — одно из увлечений Дилана. Всем известно, что домой Лиза возвращается не позднее строго установленного часа, поэтому Дилану и впрямь следует сейчас подсуетиться, это его единственный шанс. О своем неравнодушии к светловолосой, молчаливой, не похожей на других Лизе Дилан поведал ей через цепь посредников, забавляясь и ужасаясь, что ввязывается в столь странную игру. Схема сработала идеально. Лиза, судя по всему, отвечает ему взаимностью — такую информацию он получил от компании девочек-сводниц.

Если он сумеет выманить Лизу из толпы, сегодня же поговорит с ней.

Из-под разорванных на коленях и сзади, ниже попки, джинсов Лизы выглядывают колготки-сеточка, она смотрится в них совсем ребенком, так и видишь ее пятиклассницей, прыгающей через скакалку в этих же колготах.

Тебе было шестнадцать, но ты все еще чувствовал в себе наклонности гея.

В последнее время ребята из «Стейтли Уэйн Мэнор» постоянно подшучивали над ним, упоминая имя Лизы, и их подружек это раздражало.

— У тебя смазливая физиономия, — говорил Линус, — у Джоша фигура что надо, Габ в бэнде, а я могу заболтать кого угодно. Если наши лучшие качества соединить в одном человеке, он перетрахал бы всех девчонок в школе.

— Заткнись.

— А ты не стой на месте, придумай что-нибудь.

— Пойди спроси у нее, не хочет ли она сходить с нами за наркотой.

У Линуса удивительное свойство: он делает все, о чем ни попросишь. Назвать его отчаянно смелым нельзя, просто он ловкий и проворный. Габ однажды велел ему взять прямо с прилавка в «Феймоус Рей» пиццу в коробке. Линус схватил ее, выскочил на улицу и мчался, не оглядываясь, до самого Вашингтон-сквер.

Дилан наблюдает за Лизой Госет и ее подругами, слушающими многословного Линуса. Тот указывает на дверь, потом на пропуск на своей ладони, объясняя, что обратно их впустят без проблем.

Лиза Госет кивает.

Аппаратура «Стейтли Уэйн Мэнор» на сцене, но сами парни показываться зрителям не торопятся: ведут себя как настоящий бэнд — сидят в гримерке и курят травку. Толпа гудит, выкрикивает шуточки. Когда Габ выйдет на сцену, то не увидит Дилана, и потом непременно спросит, где он пропадал. И тот ответит: «Госет ты, наверное, тоже нигде не нашел?»

А может, повезет и ему сегодня выпадет полная программа? Может, они покурят у дельца травки, и Лиза согласится нарушить свой график?

Он рад, что не даст Лизе возможности полюбоваться на «Стейтли Уэйн Мэнор» и даже не удивлен собственной ревностью. Если заглянуть в его сердечный каталог, можно увидеть там все проклятое многообразие человеческих чувств.

Они шагают по улице шеренгой — девочка-девочка-девочка, мальчик-мальчик. Дилан еще не решается открыто заговорить с Лизой. Но, черт возьми, ведь это он сам и Линус ведут девочек прочь из «СиБи»!

Они движутся по вечернему городу как веселый журчащий ручей. Остальные тинейджеры, прохожие, едущие мимо машины — все отступает на задний план, становится как будто невидимым.

— Мари — Джон, Лу — Пол, Маррэй — Джордж, Тед Бакстер — Ринго.

Линус может играть в эти сравнения бесконечно, но Дилан не собирается его останавливать — так по крайней мере поддерживается разговор.

— Молоток.

— Но я ведь ничего не придумываю, — отвечает Линус. — Просто классифицирую людей по основным группам, вот и все.

— Значит, если рассуждать по-твоему, «Стейтли Уэйн Мэнор» обречены — с битловской динамикой у них слабовато.

— Конечно. К сожалению, это очевидно.

— Эндрю считает себя Джоном, а Полом вообще никто не хочет быть.

— Они все считают себя Джонами, а на самом деле все четверо — Джорджи. Даже Ринго среди них нет.

— Думаешь, на Джона никто не тянет?

— Ну, разве только Джузеппе. Хотя какая разница? Если рядом нет всех объединяющего Пола, Джон — все равно что Джордж.

— Мне кажется, Джордж никому никогда не мешал: просто хотел, чтобы в каждом альбоме была хотя бы одна его песня, и спокойно играть на гитаре.

— Нет, нет, Джордж мечтал подчинить себе Джона, он по натуре такой.

Чубакка мечтал подчинить себе Хэна Соло? Впрочем, не будем цепляться к словам.

— Тогда нашим ребятам надо вообще разбежаться, — говорит Дилан.

— Несомненно.

— Когда вернемся, серьезно поговорим с ними.

Девочки прислушиваются.