Роберт Джирарди - Неправильный Дойл

Так скончал Отец Т. свою речь, засим подал мне знак преклонить колена и возложил свою руку мне на голову, и я ощутил, клянусь Богом, какие-то Чудодейственные Неземные Токи от прикосновения его перстов. «Дай обет, – взывал он ко мне, – Поклянись Господу, что не будешь искать Отмщения для Дрогеды ни у кого из ныне Живущих, будь то Мужчина или Женщина», и я Поклялся, и повторил клятву, когда он попросил снова, и большей Лжи никогда боле не сходило с моих уст…

(Страницы отсутствуют.)

…от Злодея разило Криппо или чем-то похожим на сие Поганое Пойло, с помощью коего чаял он заслонить Душу свою от Подлых Деяний, кои вознамерились Совершить его руки. Не медля боле, схватил он Отца Тай-рона за власы, сорвав с Главы его Папскую Шляпу, другою же рукой добыл Кинжал и вонзил в Чрево святому отцу, еще и еще, изрыгая Самые Грязные проклятия против Папы и всех Священников.

Благословенный Отец Тайрон Пал на колени, кровь хлынула у него изо рта, что прежде изрекал слова толь мудрые, но с последним вздохом, клянусь, лицо его озарилось радостью. И припомнил я его недавние речи: Не Отчаивайся, Смерть есть Дар и Конец Земным Страданиям. Тут он пал ничком в грязь, но аромат, источаемый его телом в минуту смерти, был совершенной Сладостью, как запах Лилий Весной. Сие я почитаю вторым свидетельством его Святости, явленным той Ужасной Ночью.

Но английский солдат, казалось, не учуял сего Райского Аромата и быстро двинулся ко мне, и узрел я собственную Смерть, начертанную на его лице. «Ты Следующий, Папский Мальчишка», – прорычал он, но выпитое отяжелило его члены, и когда он занес Руку свою, я уклонился, хотя Горючие Слезы обильно стекали по моим щекам, оплакивая Неправедную Кончину толь великого человека, причисленного ныне к Истинным Мученикам Святой Католической Церкви. Солдат изрыгнул проклятье и покачнулся, а я, как на крылах, перелетел чрез изгородь и понесся, что было мочи, по Санди-стрит, и вскоре затерялся в Толпе мародерствующих Солдат.

В сей час, и то был не первый Раз в тот ужасный вечер, думы мои устремились к Матушке и Сестрицам моим, и ныне, когда Отец Тайрон ушел навеки, я поспешил к нашему Дому на Пилгримс Лэйн, дабы поддержать их в сем ужасе…

(Страницы отсутствуют.)

…кровля собора Св. Стефана Полыхала, озаряя небесный свод Багровым Светом Бойни. Итак, схоронившись за Дымовой Трубой на крыше, я мог с ясностию видеть, что творится на Заднем Дворе.

Солдаты схватили Матушку и Трех оставшихся в живых Сестер прямо в ночных рубахах и согнали вместе. Они стояли с неубранными власами и рыдали, лишь Матушка твердым Гласом возносила Молитву, поручая Душу Свою Заботе и Милости Создателя. За сим, Капитан Железнобоких, у коего сохранилась еще толика Почтительности к родителям, ударил ея сзади в Голову пикой, и она упала, оглушенная, на Землю, потом другой солдат вонзил в нее меч, и Камни обагрились Кровью Матушкиного Сердца, кое боле не билось в ней. Я не рыдал над сим подлым злодейством, ибо слезы покинули меня, но те Смертные Удары отдались в самой Глубине Души моей.

Тут же Сестры мои издали вопль над окровавленным телом Матушки, смешанный со скрежетом зубовным, толь страшный, что сие было слушать непереносимо, но не охладило Адскую Похоть Солдат, а может статься, даже распалило оную. Сии Дьяволы, насмехаясь, содрали с сестриц моих рубахи, и те предстали белые, сияющие и нагие на окровавленной земле, прекрасные и стройные, как Беззащитные Ивы, как сами Грации в Трагический миг, предшествующий их Поруганию. О, мои бедные прекрасные ивы! О, мои Дорогие Добрые Сестрицы, и Ныне рыдающие чрез Вечность, Вопящие Богу о Злодействе, свершенном над их Невинностью!

Не нахожу слов, дабы описать в Подробностях случившееся тогда, скажу только, что я смотрел на Все и Не Закрыл очи свои, и с каждым мигом Сердце мое все более наполнялось Истинно Диавольскою Чернотой, в коей Совершенно Исчезла моя Любовь к Богу, и рев заполнил мой слух, и все слова Отца Тайрона о терпении и его Праведное Наставление покинули меня, и я вырвал Священный обет из своего сердца и взамен поклялся Дьяволу, что, ежели спасусь от сей Бури, то буду без устали убивать всякого англичанина, до коего дотянется моя карающая рука. Я поклялся, что воистину посвящу Остаток Жизни Убийству англичан и не стану дожидаться прихода Божественной Справедливости, толь медлительной, толь далекой, но своими руками отмщу за Безвременную гибель Отца Тайрона, моей Матушки и Сестриц. К сему времени Солдаты насытили Похоть свою в Девственной Невинности моих Сестер, и подняли свои большие мечи, и отсекли головы от их тел, и еще более Крови Дойлов обагрило землю.