Джон ван де Рюит - Малёк

11.00.Как ни странно, в составе команды «Г» не произошло никаких изменений. (Думаю, Лилли просто слабак и исключить кого-нибудь из нас просто выше его сил.)

Получил унылое письмо от Русалки. Она пишет, что ей посоветовали обратиться к психотерапевту, который пропишет ей антидепрессанты. Я тут же бросился ей звонить, но Мардж сказала, что она спит. У меня совсем нет опыта общения с больными депрессией. (В мои четырнадцать у меня огромный опыт общения с психически нездоровыми людьми — вся моя семья, — однако со случаями депрессии сталкиваться не приходилось.) Позвонил маме и спросил, не знает ли она, что с Русалочкой. Та ответила, что Русалочка переживает из-за развода родителей. И попросила меня писать ей как можно чаще. Мама также сказала, что Вомбат нашла пасхальные яйца в барабане стиральной машины, перепрятала их и снова забыла куда.

Гоблин чуть не убился во время самостоятельных занятий. (Жалко, что не получилось.) Было холодно, и он сел слишком близко к огню. Его пальто загорелось, и в секунду похитителя чужих дневников охватило пламя. Быстрый как молния Берт полил его из огнетушителя. Струя была такой мощной, что Гоблина сдуло со стула. К счастью, под пальто на нем было три свитера, поэтому серьезных ожогов удалось избежать. Подозреваю, что это лишь первое из несчастий, которые Гоблину придется пережить в наказание за кражу моего дневника. (Это будет как проклятие могилы Тутунхамона!) Берт получил благодарность за спасение жизни Гоблина, а нам запретили разводить камин во время занятий.

Хотелось бы мне сообщить, что вера мистера Лилли в нашу команду наконец подтвердилась, но, увы, новости плохие. Бесстрашная команда школы Рустрек (у них тоже африкаанс основной) разгромила нас со счетом 88:0 (могу сказать, что они подошли к этому матчу слишком серьезно). Снова мы оказались единственными проигравшими во всей школе, хотя сборная старшеклассников едва отыгралась со счетом 15:12 — все благодаря тому, что Оливеру Брауну назначили пенальти на последних минутах. Лилли очень старался найти хоть что-то положительное в нашей ситуации, но даже ему было трудно. В конце концов, он назвал нас «последовательными» (это в смысле, что мы последовательно продуваем каждый матч?) и «не по годам сильными духом». Наш капитан Свинья заявил, что подумывает уйти из регби и заняться перетягиванием каната.

22.00.Джулиан заставил членов Безумной восьмерки выстроиться в шеренгу и отхлестал нас розовой мухобойкой, объясняя тем, что в нашей спальне царит полный бардак. После каждого удара он визжал от удовольствия и скакал по комнате, как белка. Берт громогласно хохотал и с обезумевшим видом хлопал в ладоши. Нам было совсем не больно, но мы делали вид, что корчимся в муках, — вдруг Джулиану пришло бы в голову выбрать оружие посерьезнее? Жиртрест так переигрывал, что Джулиан даже извинился, что ударил его так сильно. Рэмбо уверен, что это Джулиан ворует трусы.

10.30.Я совру, если скажу, что вся школа собралась понаблюдать за прибытием на первую репетицию женского состава труппы «Оливера». Надо отдать нашим мальчикам должное — явились примерно восемьдесят пять процентов. В театр девочек провожал Глок с Викингом, поэтому никто не осмелился отпускать шуточки и издавать животные звуки. К нашему облегчению, все двадцать девчонок оказались очень даже хорошенькими. Несомненно, Викинг сделал мудрый выбор. Мне не терпелось увидеть, кто же будет играть роль Бет (девочки, с которой Оливер поет дуэтом «Я готов на всё»).

Викинг вызвал на сцену каждую из девочек, чтобы представить ее остальным членам труппы. Все девчонки краснели и очаровательно улыбались. Бет он вызвал в последнюю очередь. Ее звали Аманда Лоуренс, на ней было черное пальто и берет, и, поднявшись на сцену, она театральным жестом сняла берет и поклонилась. Длинные рыжие кудри каскадом упали вниз, и в моей груди забился большой барабан. Бум! Бум! Бум! Это была Джулия Робертс, собственной персоной!

Викинг вызвал нас с Плутом. Я слышал, как девчонки шепчутся, постарался улыбнуться, отчего у меня заболели щеки, и почувствовал, как краснею. Аманда Лоуренс смотрела на меня. Я вдруг понял, что боюсь ее до поросячьего визга.

Мы начали с общих песен — «Ум-па-па», «Не хотите ли купить?» и «Как прекрасна жизнь». Девчонки пели великолепно, в сочетании с тенорами старших мальчиков получалось просто потрясающе. Хотя Викинг рявкал, как обычно, по его лицу было видно, что исполнение ему нравится. Даже Коджак утихомирился — видимо, женские голоса подействовали на его нервную психику как транквилизатор.