Игорь Рыбинский - Время карликов

– Мосты теперь сведут не скоро, – произнес Высоковский, – давайте поднимемся к Вам и поговорим о том, что Вы хотели мне сообщить.

С переднего сиденья вскочивший начальник охраны открыл дверь перед хозяином, потом они оба обогнули машину, и Владимир Фомич помог выбраться из автомобиля девушке. Петр вместе с ними вошел в подъезд, потом поднялся на лифте и возле дверей квартиры сунул в руку босса бутылку шампанского.

Потом уже, когда они сидели за столом и держали в руках бокалы с вином, Высоковский, вздохнув, поднял свой и коснулся им не другого, а Лениной руки:

– За Вас.

А у нее внутри все похолодело. И тогда, сделав слишком большой глоток, она стала быстро-быстро рассказывать о невозвратных кредитах, которые выдавались под липовое обеспечение, о списанном банковском оборудовании, приобретенном менее года назад, о суммах, уходящих в какие-то благотворительные фонды, и о многом другом.

Но Владимир Фомич, казалось, не слушал ее вовсе. Он кивал головой и пристально заглядывал в ее лицо печальными глазами, пытаясь поймать ее обращенный куда-то в сторону взгляд. Короткая петербургская ночь заканчивалась, небо за окном посветлело, и только гладь залива застыла ровной серебристой поверхностью. Из утреннего тумана пробились зеленые острова, и какое-то судно медленно выползало из недалекого порта.

– Обман, – вздохнул Высоковский, – кругом обман! А я так одинок.

Лена замолчала, а босс вдруг спросил:

– Елена Павловна, Вы еще не устали от музыки?

Она зачем-то потрясла головой, и тогда Владимир Фомич, подойдя к музыкальному центру, нажал на кнопку, и оттуда полилась тихая заунывная мелодия.

– Потанцуем? – не спросил, а предложил босс.

А Лене захотелось вдруг завыть, но она только кивнула головой и сняла туфельки на каблуке, чтобы стать хоть немного пониже ростом. Если можно было бы исчезнуть совсем. Но Высоковский крепко вцепился в ее талию, почти не кружа партнершу, а просто топчась на месте. Девушка видела перед глазами две проплешины на его голове, прикрытые редкими волосами, чувствовала дыхание, упирающееся в ее грудь, а музыка продолжала звучать бесконечно. Высоковский потихоньку стал пятиться задом по направлению к выходу из комнаты. Так, танцуя, они вскоре оказались в коридоре, вот уже дверь спальной, которую босс открыл спиной:

– Не надо, – попросила Лена, – пожалуйста. Я Вас очень прошу.

Но темп движений Высоковского уже увеличился. Он стоял уже возле широкой кровати. Лена уперлась ладонями в его грудь и попыталась отстраниться. Но маленький человек оказался очень цепким и хватким.

– Владимир Фомич, – взмолилась девушка, – не на…

Но Высоковский в этот момент начал целовать ее плечи, потом попытался найти ее губы, но попал в подбородок.

– Я люблю тебя, Леночка, – шептал он, – с первой минуты, как увидел рядом с этим дураком-министром. Я никого так никогда не любил.

Он продолжал тянуться губами к ее рту, привстав на носочки и все равно не доставая, потому что девушка откинула назад голову. И тогда босс стал целовать ее шею.

– Я никого никогда не любил. Стань моею. Все, что я имею, будет твоим. Ты увидишь весь мир. Я подарю его тебе. Только не отвергай меня. Я сделаю тебя самой счастливой на свете…

И в этот момент Лена с силой толкнула коротышку. Тот не удержался на ногах и рухнул на кровать, а девушка выскочила в коридор, хотела схватить по дороге туфельки и выскочить на лестничную площадку, но в какую-то долю секунды сообразила, что не сумеет быстро отпереть засовы и Владимир Фомич настигнет ее. Тогда Лена распахнула незапертую балконную дверь и выскочила навстречу встающему солнцу. Захлопнула дверь за собой и прижала ее телом, чтобы Высоковский не смог ворваться. А он уже стоял, отделенный лишь тонким стеклом, в котором отражался восход.

– Любимая, – шептал он, – не бойся меня, открой: обещаю – ничего подобного больше не повторится. Я посижу с тобой рядом и уйду. Мне только этого и надо.

Он прижимался носом к стеклу, и на нем возле губ карлика появилось мутное запотевшее пятно. Но Высоковский продолжал дышать тяжело и страстно. Пятно продолжало увеличиваться в размере.

– Владимир Фомич, – чуть не заплакала Лена, – я прошу Вас: уйдите. Оставьте меня.

Но тот яростно упирался в дверь своим маленьким телом.

– Если Вы ворветесь сюда, я прыгну вниз, – сказала девушка.

Высоковский ослабил свои усилия, а через несколько секунд сделал пару шагов назад и опустился в кресло. Он взял со стола бутылку и вылил в свой бокал остатки шампанского, выпил его до капли и после чего сказал громко: