Исабель Альенде - Ева Луна

— В то время я, к сожалению, еще ничего не знала о Махариши и у меня не было никакой внутренней духовной опоры, — сказала Мими, вздрагивая от мрачных воспоминаний; затем, смахнув слезу, она вытащила из сумочки цветную открытку, на которой был изображен обросший, как пророк, бородач в какой-то хламиде, окруженный кольцом астральных символов. — От сумасшествия меня спасла только уверенность, что Сеньора меня не бросит. Ты ее помнишь? Она настоящий друг, и я знала, что она не оставит меня в беде; так все и получилось: она не успокоилась, пока не спасла меня. Много месяцев она плела свою сеть, в которую должны были попасть судьи, полицейские чиновники, жандармы и даже кое-кто из членов правительства; в итоге всего этого оказалось недостаточно, но лишь чуть-чуть, самую малость. Для того чтобы склонить чашу весов в мою пользу, ей пришлось добиваться аудиенции у самого Генерала, и по его личному указу меня наконец-то выпустили на свободу.

Проведя в тюрьме Санта-Мария почти год, Мелесио вышел оттуда лишь бледной тенью того человека, которого все знали до ареста. Малярия и скудный арестантский рацион сделали свое дело: он похудел на двадцать килограммов; из-за инфекционного воспаления заднего прохода ходил согнувшись в три погибели, как дряхлый старик, а постоянное насилие вконец измотало его и без того не слишком устойчивую нервную систему. Эмоции возобладали в нем над разумом, и он то и дело переходил от рыданий к безумному истерическому смеху. Он не поверил, когда услышал, что его собираются выпустить на свободу; внутренне он почему-то был уверен, что все это лишь хитрость тюремного начальства, и, как только он окажется за стенами тюрьмы, ему тотчас же выстрелят в спину, а затем составят рапорт о попытке побега. Однако к тому времени он настолько ослабел и потерял всякую волю к сопротивлению, что смирился с судьбой и покорно позволил подвести себя к тюремным воротам. Катер вновь переправил его через реку, затем автомобиль доставил в тот же самый призрачный поселок. Из зарешеченного фургона его пинком вышвырнули на ярко-желтую пыль, покрывавшую взлетно-посадочную полосу аэродрома. Пошел вон отсюда, пидор, попрощались с ним надзиратели, а сам он так и остался лежать лицом вниз, ожидая пули в затылок. Однако вместо выстрела он услышал лишь шум отъезжающей машины. Когда шум мотора окончательно затих, он наконец осмелился поднять голову и в ту же секунду увидел перед собой существо с другой планеты — Сеньору, которая в первый момент не узнала его. Она прилетела за ним на специально арендованном самолете и прямо из столичного аэропорта отвезла его в лучшую больницу. Целый год она копила деньги, которые платили ей за участие в переправке проституток из одной страны в другую морским путем; всю эту сумму она потратила на то, чтобы освободить Мелесио и вернуть его к нормальной жизни.

— Только благодаря ей я и осталась в живых, — сказала мне Мими. — Жаль, что ей пришлось уехать из страны. Обидно, что я не смогла поехать с ней из-за моей мамы, а так она могла бы раздобыть мне заграничный паспорт на мое новое, женское имя, и уехала бы я отсюда куда глаза глядят, лишь бы быть рядом с ней.

Сеньора, естественно, эмигрировала не по своей воле: ей пришлось бежать от правосудия, потому что она оказалась замешана в том чудовищном скандале, когда в трюме судна, направлявшегося на Кюрасао, [25] Кюрасао — остров в Карибском море, у берегов Венесуэлы; принадлежит Нидерландам. были обнаружены двадцать пять мертвых девушек. Я вспомнила, что пару лет назад слышала по радио в доме Риада Халаби об этом деле, но мне тогда и в голову не пришло, что одним из организаторов преступного сообщества, приведшего к такому ужасному исходу, была добрейшей души женщина, в чьем доме меня когда-то почти насильно поселил Уберто Наранхо. Девушек из Доминиканской Республики и Тринидада и Тобаго перевозили контрабандой в специально оборудованном, герметически закрытом отсеке трюма, где воздуха хватило бы им примерно на двенадцать часов. Из-за каких-то бюрократических проволочек и ошибки портовых служащих вход в этот отсек оказался на двое суток завален контейнерами с легально перевозимым товаром. Перед отъездом девушки получили полагавшуюся по контракту предоплату в американских долларах и твердое обещание высокооплачиваемой работы в заведениях не ниже среднего уровня. За исполнение этой части контракта отвечала Сеньора; она выполнила свои обязательства, как всегда, честно и в полной мере; она и знать не знала, что в пункте назначения у девушек отбирали документы и с помощью угроз, а то и физической силы, расправляясь с самыми строптивыми и непокорными, заставляли почти бесплатно работать в самых грязных портовых борделях. Сеньору обвинили в организации преступного сообщества, члены которого похищали молодых женщин из всех стран Карибского бассейна, незаконно лишали их свободы и заставляли заниматься проституцией. Если бы власти успели довести дело до суда, она угодила бы за решетку до конца своих дней. Но и на этот раз влиятельные друзья пришли ей на выручку: обеспечили фальшивыми документами и помогли вовремя исчезнуть из страны. Пару лет она тихо и мирно жила на проценты от своих банковских вкладов, стараясь не привлекать к себе внимания; однако ее творческой натуре требовался хоть какой-то выпускной клапан; пораскинув мозгами, она взялась за организацию нового для себя дела в смежном секторе рынка интимных услуг: речь шла о производстве узкоспециализированной продукции для садомазохистских развлечений; против ожидания, этот бизнес мгновенно пошел в гору, и она стала получать заказы чуть ли не со всего мира; ее предприятие едва успевало выпускать качественные кожаные ремни для связывания, плетки-семихвостки, собачьи ошейники подходящего для людей размера и прочие предметы, предназначенные причинять боль и унижение.