Виталий Дёмочка - Строгий режим

— Слушай, чё-то я тут подумал. А ты не барыга случаем? Травкой не торговал там, на воле? — потом он повернулся к Антону. — Братва-то там, в городе, стопудово этот гашиш у барыг отмели, и сюда загнали. Вот края и сходятся.

— В натуре, — аж подскочил Антон и повернулся к Бандере. — Виталь, ты же батю его знаешь. Он там не наркотой, случайно, торгует?

Бандеру осенило. Они не знают пока про Протаса, Солома им почему-то пока не сказал. Его мозг сработал моментально и перестроил свою защиту в нападение с гораздо большей для себя выгодой.

— Да нет вроде, коммерс, — произнёс он и добавил: — я щас уточню у человека, который его знает. Вано, ну-ка спроси там по трассе, контролька висит с новым корпусом?

Вано, который уже укладывался спать, подошёл к кабуре. А Бандера залез на шконку и быстро стал писать малявку Протасу.

Час добрый, Паха. Пишу вкратце и по сути. Ты почему мне не сказал, где ты этот гашиш взял? Я с ним тут чуть в непонятку не попал. Короче, слушай. Если тебя ещё никто не спрашивал, посылал ты его кому-нибудь или нет, то когда спросят, говори, что потерял его на продоле когда в баню вели или на прогулку. Так надо, иначе могут начаться проблемы. Я надеюсь, ты меня понял, иначе ты меня знаешь, живёшь только пока я сижу. Если понял меня правильно и тебя ещё никто не спрашивал, прогони «десятка», а если уже спрашивали, отпиши по срочной, что сказал.

Жду. Жму пять. Виталя.

— Висит контролька, говорят, — сказал Вано, ещё не отходивший от кабуры.

— На, вот это отправь прям щас по срочной, — сказал Бандера, быстро запаяв малёк и дав его Вано.

— Погоди, вот ещё один возьми, — Леший оказывается тоже написал малёк и уже запаивал его. — Сане чирканул, прокинул такой вариант. Может он перепутал, не с того конца отламывал да посылал там кому-то? А эти концы сходятся по другой причине совсем. Да, Юрок? — он угрюмо посмотрел на него. — Может вы у нас наркобароны на пару с папашей?

Юрий молчал с опущенной головой. Бандера тоже ничего не сказал. Он думал, что Солома сидит на другой стороне продола и малёк Лешего до него будет идти дольше, так что в случае чего у него ещё будет время подумать.

— Щас всё выясним, — на всякий случай грозно сказал он и посмотрел на Юрия. — Ты посиди пока…

Протас уже не строил иллюзий насчёт Ольги, которая его уже просто игнорировала и не отвечала. Виня во всём этом Солому, он хаял себя за то, что обратился к нему, чтобы помочь Ольге, и думал, как бы его наказать за это или хотя бы отомстить. Смотря в книгу, он не видел букв, думая об этом постоянно, но ничего «болезненного» для смотрящего он придумать не мог, кроме как не дать ему денег. Но когда получил малёк Бандеры, он сразу воспрял духом и в нем даже проснулась маленькая надежда.

Бандера писал, что с гашишем вышла какая-та непонятка. А так как гашиш этот прислал Солома, то Протас подумал, что там может быть что-то нечисто у смотрящего. Может быть, Солома использовал груз, предназначенный для какого-то дела в своих целях, а может быть даже, если повезет, он схавал и вовсе не предназначенный ему грев? Богатое воображение Протаса рисовало самые различные варианты косяков, которые мог запороть смотрящий. И надежда, что спрос с него будет жёсткий, бодрила его.

Несмотря на то, что Бандера явно торопился, Павел не стал делать ему словесный прогон, как он просил, а сел и подробно всё написал, не называя, как и Бандера, никаких имён, с какой хаты ему прислали тот грев и когда. И в конце прямо открытым текстом намекнул, что готов поддержать Бандеру в любом рамсе против той камеры и её обитателей, где, даже по мнению первохода Протаса, сидят не все заслуживающие доверия люди. Так что если будет какой-то серьёзный рамс по поводу этого груза, то Павел в любом кругу открыто готов сказать, от кого он его получил.

Получив малёк от Лешего, который толковал о возможности какого-то немыслимого варианта совпадения гашиша, Солома аж выругался вслух.

«Шерлок Холмс херов», — подумал он. Но читая дальше, где Леший спрашивал, кому Солома посылал тот крапаль и с какого конца обламывал, он подумал, что если назвать Протаса, то придётся втянуть в это дело Ольгу. А так, если Юрий, как говорит Леший, молчит и не называет её, говоря, что не знает, где мог его отец взять этот гашиш, то можно обойтись без участия Ольги и просто дать Лешему добро на принятие решений. Зная ненависть Антона к наркоторговцам, за ограбление квартиры которых тот сидел, можно предположить, что спросят они с него более чем строго, если уж пришли к такому выводу. Таких парней ведь хлебом не корми, только дай зелёную, чтобы порвать кого-нибудь, так они и сами повод быстро найдут. А какой будет этот повод, наркоторговля или ещё что, смотрящий будет не при делах.