Сара Уотерс - Бархатные коготки

— Новый Лесбос, — негромко повторила Диана. И зевнула. — С этой старой потасканной лесбиянкой Сьюзен Дейкр? Назвал бы уж просто Лесбосом… — Понизив голос, она обратилась ко мне: — Не зажжешь ли мне сигарету, дитя?

Я вынула из нагрудного кармана черепаховый портсигар, сунула в рот сразу две сигареты, раскурила и одну из них отдала Диане. Дамы наблюдали — даже за смехом и болтовней они не пропускали ни единого моего телодвижения. Когда я склонилась, чтобы стряхнуть пепел с сигареты, они прищурились. Когда я тронула стриженые волосы у себя на лбу, они покраснели. Когда развела ноги, демонстрируя припухлость под брюками, Мария с Эвелин дружно заерзали на стульях, а Дикки мощным глотком осушила свой стакан бренди.

Вскоре Мария снова подступилась ко мне.

— Ну, мисс Нэнси, история по-прежнему за вами. Мы хотим все о вас знать, а вы только дразните наше любопытство.

— Нет никакой особенной истории. Спросите Диану.

— Диана говорит ради красного словца, от нее правды не дождешься. Расскажите, — продолжила Мария, понизив голос, — где вы родились? Где-нибудь в неблагополучном месте? В трущобе, где вам пришлось делить постель с сестрами?

— В трущобе? — Внезапно и на редкость живо мне представилась наша старая гостиная — и салфетка с бахромой, что свешивалась, подрагивая, с каминной полки. — Я родилась в Кенте, в Уитстейбле. — Мария молча смотрела. — В Уитстейбле, — повторила я, — откуда привозят устриц.

Мария откинула назад голову.

— Так вы, дорогая, русалка! Диана, ты знала об этом? Уитстейблская русалка, но, к счастью, — свободной рукой Мария потрепала меня по колену, — к счастью, без хвоста. Он был бы совсем ни к чему, правда?

Язык у меня присох к небу. Перед глазами возникла Китти, у дверей ее гримерной. «Мисс Русалка», — назвала она меня и повторила это в Стамфорд-Хилле, когда услышала, как я всхлипываю, пришла и стала сцеловывать мои слезы…

Хлебнув из стакана, я сунула в рот сигарету. Окурок был совсем маленький, я чуть не обожглась; пока я его теребила, он выпал у меня из рук. Отскочив от софы, он покатился у меня между ногами. Я потянулась за ним (дамы задергались и вытаращили глаза), но он, все еще дымясь, попал мне под ягодицы. Я вскочила, нашла наконец окурок и потянула материю брюк.

— Проклятье, похоже, я прожгла в этих чертовых брюках дыру!

Слова эти прозвучали громче, чем я рассчитывала, и у меня за спиной раздался ответный выкрик:

— В самом деле, миссис Летаби, это невыносимо!

Одна из дам встала и направилась к нашему столику.

— Я обязана выразить протест, миссис Летаби, — продолжила она, добравшись до нас, — в самом деле обязана выразить протест от имени всех, и присутствующих, и отсутствующих дам в связи с ущербом, который вы наносите нашему клубу!

Диана лениво подняла на нее взгляд:

— Ущербом, мисс Брюс? Речь никак идет о присутствии моей спутницы, мисс Кинг?

— Именно, мадам.

— Она вам не нравится?

— Мне не нравится ее язык, мадам, и ее одежда!

На ней самой были надеты шелковая рубашка с атласным кушаком и галстук; воткнутая в него литая серебряная булавка изображала лошадиную голову. Мисс Брюс стояла рядом с Дианой, выжидая. Диана вздохнула.

— Ну ладно, — проговорила она. — Вижу, мы должны подчиниться желаниям членов клуба. — Она встала, заставила встать и меня и несколько нарочито оперлась на мою руку. — Нэнси, дорогая, похоже, твой наряд — слишком большая вольность для Кэвендишского клуба. Я должна отвезти тебя домой и избавить от него. Ну, кто с нами на Фелисити-Плейс?

По комнате пробежала волна. Мария встала сразу и потянулась за тросточкой. «Шевелись, шевелись! — крикнула она. — Ко мне, Атлас!» Послышался лай, и из-под ее стула выпрыгнула красивая небольшая гончая на кожаном поводке (прежде я ее не видела, потому что она дремала, скрытая юбками хозяйки).

Дикки и Эвелин встали тоже. Диана кивнула мисс Брюс, я отвесила ей поклон. Взгляды присутствующих сопроводили наш выход так же дружно, как ранее встретили приход. Я слышала, как вернулась на свое место мисс Брюс и как кто-то выкрикнул: «Вы совершенно правы, Ванесса!» Однако другая дама, когда я проходила мимо, в ответ на мой взгляд подмигнула, а еще одна, сидевшая у самой двери, поднялась на ноги и, обратившись к Диане, высказала надежду, что брюки мисс Кинг не очень пострадали…

Брюки правда были испорчены; на обратном пути Диана велела мне идти впереди и временами наклоняться, чтобы Мария, Эвелин и Дикки могли оценить ущерб. Так или иначе, она обещала заказать мне другую пару брюк.