Сара Уотерс - Бархатные коготки

Раздалось еще одно восклицание — это поднялась на ноги дама, сидевшая за самым дальним столиком.

— Диана, старая распутница! Ты все-таки сделала то, что задумала!

Дама хлопнула в ладоши. Сидевшие рядом с нею две другие дамы глядели на нас и краснели. Одна из них вставила в глаз монокль.

Диана подтолкнула меня к столику и представила — более любезно, чем в случае с мисс Хокинз, но также как свой «эскорт»; дамы рассмеялись. Первая, та, которая встала с нами поздороваться, схватила меня за руку. В пальцах у нее была зажата толстая сигара.

— Нэнси, дорогая, — сказала моя госпожа, — это миссис Джекс. Она моя самая старинная лондонская подруга — и самая ославленная. Все, что она тебе скажет, будет сказано с целью тебя развратить.

Я поклонилась.

— Очень на это надеюсь.

Миссис Джекс захохотала.

— Это создание и разговаривать умеет! — Она обвела жестом мое лицо, костюм. — В придачу ко всему этому еще и разговаривает!

Диана улыбнулась и подняла бровь.

— Некоторым образом.

Я растерянно заморгала, но миссис Джекс, не выпускавшая мою руку, сильнее ее стиснула.

— Диана вами помыкает, мисс Нэнси, но не обращайте внимания. Мы здесь в Кэвендишском клубе просто умирали от желания познакомиться с вами и подружиться. Называйте меня Мария, — она произнесла это имя на старинный лад, — а это Эвелин и Дикки. Дикки, как вы можете заметить, нравится воображать себя местным молодым человеком.

Я по очереди поклонилась дамам. Первая ответила улыбкой, та же, что откликалась на имя Дикки (это у нее был монокль — уверена, что с простым стеклом), вскинула голову и смерила меня пренебрежительным взглядом.

— Выходит, это новая Каллисто? — спросила она.

На ней была мужская крахмальная сорочка с галстуком; волосы — правда, длинные и стянутые в прическу — лоснились от масла. Выглядела она на тридцать два-тридцать три; талия у нее располнела, но, по крайней мере, на верхней губе темнел пушок. Году эдак в 1880-м, предположила я, она сходила за «ух какого красавчика».

Вновь стиснув мои пальцы, Мария повела глазами и запрокинула голову; из-за ее довольно низенького роста мне пришлось склониться.

— А теперь, дорогая, вы должны удовлетворить наше любопытство. Мы жаждем узнать во всех подробностях, как вы познакомились с Дианой. Она сама упорно отмалчивается, известно только, что вечер был теплый, на улицах — праздничное оживление, луна то проглядывала, то пряталась, словно нетвердо стоящая на ногах пьянчужка, которая высматривает себе любовников. Расскажите, мисс Нэнси, ну пожалуйста! Что, луна в самом деле походила на пьянчужку, которая высматривает своих любовников?

Затянувшись сигарой, она уставилась на меня. Эвелин и Дикки склонились в ожидании. Я перевела взгляд с них на Марию и сглотнула.

— Если Диана так говорит, значит, так и было, — произнесла я наконец.

Мария разразилась удивительным смехом — низким и частым, как стук бурильного молотка; Диана взяла меня за руку, освободила место на софе и подозвала официантку, чтобы заказать напитки.

Дамы за другими столиками по-прежнему глазели на меня, причем некоторые, как я невольно заметила, с долей высокомерия. Кто-то шептался, кто-то хихикнул, кто-то шумно втянул в себя воздух. Никто в нашей компании не подал виду, что это замечает. Мария не сводила с меня глаз; когда принесли напитки, она сощурилась поверх бокала. «За корсетную косточку и оба ее конца!» — провозгласила она и подмигнула. Диана смотрела в другую сторону, слушая даму, представленную мне как Эвелин.

— Ты в жизни не слышала ничего скандальней! Она поклялась в верности семи женщинам, встречается с ними по разным дням; одна — ее золовка! Собрала альбом (я как увидела, чуть не умерла!) всяких памяток — что отрежет, что выдернет. Ресницы, обрезки ножных ногтей, старые прокладки, если я правильно разглядела. У нее хранятся волосы…

— Волосы, Диана, — подчеркнула Дикки.

— …Волосы, сплетенные в кольца и эгретки. Лорд Майерс увидел у нее брошь и спросил, где она ее купила, так Сьюзен сказала ему, что это из лисьего хвоста, и пообещала заказать такую же для его жены! Представляешь себе? И теперь леди Майерс появляется на светских приемах, украшенная лобковыми волосами золовки Сьюзен Дейкр!

Диана улыбнулась.

— И муж Сьюзен знает все это и ничего не имеет против?

— Против? Да он оплачивает счета от ее ювелира! И хвастается на каждом углу — сама слышала! — что даст поместью другое название: Новый Лесбос.