Том Роббинс - Натюрморт с дятлом

Дуд Рэнгл родился и вырос в Уолле-Уолле. Может быть, именно этим объяснялась досадная привычка все повторять по два раза, развившаяся у него с детства. «Можно мне погулять? Можно мне погулять?» «Ненавижу вонючие тушеные помидоры. Ненавижу вонючие тушеные помидоры». «Хочу пи-пи. Хочу пи-пи». Даже с возрастом он не избавился от этой дурной привычки, и неудачу в кино по большому счету потерпел как раз из-за нее. Режиссерам не нравилось, когда шериф говорил отряду полиции «Хватайте их у перевала!» два раза подряд, да и напряженная атмосфера ночной сцены на территории команчей как-то портилась после слов героя «Да, сегодня все спокойно. Да, сегодня все спокойно». Да, Рэнгл, все было спокойно, пока у тебя не заело пластинку.

Усыновленный Рэнглами малыш привык к повторениям Дуда и, наверное, поэтому много лет спустя так свободно чувствовал себя на Гавайях с их лома-лома и маи-маи.

На луковой ферме рыжеволосый подкидыш выучился философии у Кэтлин, а от Дуда перенял замашки провинциального щеголя. Все в Уолле-Уолле называли его просто Малышом – другого имени у него не было до пятнадцати лет, когда приемные родители решили отправить его в какой-то немыслимый частный колледж в Швейцарии, так как Кэтлин не хотела, чтобы он оставался в уолла-уолльской глуши, а Дуда сильно огорчали все более частые проказы и дерзкие выходки сына в школе. Вечером накануне отъезда в Женеву Дуд и Кэтлин выпили на троих с Малышом кварту картофельного виски и окрестили его Бернардом Мики.

На следующий день, страдая легким похмельем, они приехали в споканский аэропорт с большим опозданием, и чтобы успеть на рейс, Бернарду пришлось бежать сломя голову. У выхода на посадку он завопил: «Младенца забыли! Младенца забыли, сукины дети!», потом оглянулся на своих приемных родителей, громко расхохотался и послал им воздушный поцелуй.

Кэтлин и Дуд засмеялись в ответ и тоже послали ему поцелуй.

– Веди себя хорошо, сынок! – со слезами на глазах напутствовала Бернарда Кэтлин, а Дуд прогундосил:

– Не подведи нас, слышишь? Не подведи нас, слышишь?

Несмотря на сплошные удвоения, окружавшие его с детства, логично было бы предположить, что для задержания такого хиппового парня, в которого вырос Бернард Мики Рэнгл, алжирскому охраннику с автоматом хватило однократного окрика «стой». Что, вы так не думаете?

Ли-Шери узнала о смерти Бернарда только через месяц, и виной тому оказалась королева Тилли.

По просьбе Хулиетты родная страна Макса выплатила ему значительную сумму, чтобы он мог достойно провести остаток дней и не зависеть от правительства Соединенных Штатов. Макс немедленно поделил деньги – половину отдал Тилли, а вторую половину взял с собой в Рино, где намеревался играть в азартные игры до тех пор, пока его клапан не лопнет. Он поселился в недорогом отеле и каждое утро обходил все казино, позволяя колесу фортуны переезжать его. Дважды в неделю он звонил супруге и уверял ее, что регулярно выигрывает и прекрасно себя чувствует. «Вдали от ежевики мне гораздо лучше», – говорил он. Королева подозревала, что Макс привирает, дабы успокоить ее, и потому по пути на свадьбу дочери решила заехать в Рино.

К своему удивлению, Тилли обнаружила, что ее муж – любимец всего города. В этом сезоне ему невероятно везло на выигрыши, и все в Рино, начиная от администраторов казино и конферансье и заканчивая водителями такси, каждый день раскланивались с ним. Король Макс был нетребователен и щедр на чаевые. Он делал пожертвования местным благотворительным обществам, угощал выпивкой швейцаров и посылал официанткам такие роскошные букеты, которые другие везунчики дарили танцовщицам из варьете. Что же до его тефлонового сердца – чух-чух, пых-пых, оно потихоньку работало, хотя доктора предупреждали, что клапан может отказать в любую минуту. «Я лишь молюсь, чтобы это случилось, когда я буду играть в рулетку, – сказал Макс и бросил в чашку с чаем третий кусок сахара, точно глубинную бомбу. – Я поставлю все до последнего цента на чертову дюжину и, выиграю я или проиграю, отойду в мир иной, как подобает монарху».

Тилли как раз сидела в холле отеля, ожидая, пока Макс спустится к завтраку (он играл до трех часов ночи), когда на глаза ей попалась статья. Незадолго до этого она подобрала экземпляр малотиражной газеты «Филадельфийский барабанщик», забытый в холле бородатыми молодыми людьми с рюкзаками. Тилли намеревалась расстелить газетку на полу, чтобы ее чихуахуа сделала на ней свои маленькие дела, не пачкая ковер. Запихивая «Барабанщика» в сумочку, она вдруг заметила статью об инциденте в Алжире. Согласно эксклюзивному сообщению, алжирские стражи порядка расстреляли из автомата гражданина США Бернарда Мики Рэнгла, тридцати двух лет, известного под кличкой Дятел, который в конце шестидесятых – начале семидесятых годов возглавлял знаменитую банду террористов, выступавших против войны. Алжирские власти пытались скрыть случившееся, говорилось в статье, но в Касбе ни для кого не было секретом, что Рэнгла, ранее арестованного за нарушение паспортного режима, застрелили при попытке к бегству.