Ирвин Шоу - Растревоженный эфир

— Любите устрицы? — резко оборвал его Сандлер. — Жареные устрицы?

— Уст… пожалуй, да.

— Вы не успели перекусить, не так ли?

— Нет. Прямо с поезда к вам.

— Хорошо. — Сандлер выпрыгнул из-за стола. — Поедем в мой клуб. Лучшие жареные устрицы в Филадельфии. — Он уже надевал пальто. Двигался быстро, словно юноша. Розовые ручки по очереди нырнули в рукава. — Разумеется, — он взялся за шляпу, — вы можете не заказывать устрицы, если не хотите. Не в моих правилах диктовать человеку меню. Возможно, у вас язва, высокое давление. Кто знает?

Арчер рассмеялся, надевая пальто:

— Язвы у меня нет.

— Хорошо. — Сандлер увлек Арчера к двери, поддерживая под локоть. — Не доверяю язвенникам. Предрассудок, но что делать. Моя жена злится, когда я это говорю. У двух ее братьев язва, огромная, как корзина для пикника, но я не могу этого не сказать. Язва — результат дурного характера, а на людей с таким характером никогда нельзя положиться. Так что моя логика понятна.

В этот момент они как раз проходили мимо стола, за которым сидела мулатка.

— Вернусь через полтора часа, мисс Уоткинс, — повернулся к ней мистер Сандлер. — Имею право на ленч.

— Да, сэр, — ослепительно улыбнулась она.

— Самая красивая девушка к северу от Вашингтона, — прошептал Сандлер. — Мне бы сейчас сбросить лет двадцать. — Он добродушно рассмеялся. — Недостаток благоприобретенного богатства. Оно появляется, когда мышечный тонус уже не тот. Как раз сейчас ученые работают с гормонами. — Он махнул рукой в сторону дверей в конце коридора. — Оживление умирающих клеток. Гонки со временем, говорю я им, когда представляется случай поговорить. В следующем месяце мне стукнет шестьдесят один. — И он вновь загоготал, пухлый, круглый, розовый, щегольски одетый, в сером пальто и мягкой фетровой шляпе.

Они вышли из парадной двери. Сандлер коротко кивнул охраннику, отделенному от них стеклянной перегородкой. На секунду-другую он задержался на верхней ступеньке, окинул взглядом лужайку. Арчер мог поклясться, что, выходя из главного корпуса, мистер Сандлер всякий раз останавливается на одном и том же месте и с любовью и гордостью оглядывает свои владения.

— Вам надо обязательно приехать летом. Тут настоящий сад. Флоксы, пионы, гиацинты, вдоль дорожек бордюры из маргариток. За лужайкой ухаживают три человека. Отдых для усталых глаз. Трава и несколько деревьев. Возвращаешься на работу полный сил. В здании, кстати, кондиционированный воздух. Терпеть не могу потных от жары лиц. Будь моя воля, я бы закрывал завод первого мая и до октября отправлял всех ловить рыбу. С удовольствием это сделал бы, да конкуренты не позволяют. — Он широко улыбнулся и сбежал по ступенькам к сверкающему зеленому «форду» с откидным верхом. — Вон он. Мой автомобиль. Усаживайтесь. — Он открыл дверцу для Арчера, а сам обошел «форд» спереди. Арчер сел. Тут же скользнул за руль и мистер Сандлер. «Форд» резко рванул с места. Из-под задних колес полетел гравий. — Люблю маленькие автомобили. — Они пронеслись мимо ворот. — Люблю водить машину. А вот большие, с океанский лайнер, лимузины не люблю. Такое ощущение, что едешь в танке. Летом при любой погоде опускаю верх. Становлюсь красный, как индеец. И волосы выгорают. Мне это идет. — Опять улыбка. — Просто удивительно, сколько девушек машут рукой с просьбой подвезти. И на заседаниях совета директоров помогает. Выгляжу таким энергичным, что вице-президенты и представители акционеров не решаются со мной спорить. Если вы считаете, что я еду слишком быстро, так и скажите. Быстрее меня гоняет только мой сын. Когда-нибудь он точно разобьется. Во время войны он служил в авиации и на земле старается разогнаться до тех же трехсот миль в час. Не встречались с ним?

— Нет. — Арчер с тревогой смотрел на дорогу.

— Половину времени он проводит в Нью-Йорке. Большой любитель ночных клубов. Постоянно обхаживает певичек, которые работают до четырех утра. Ни на что другое не годен. Моя жена говорит, что его разбаловала авиация. Неправда. — Широченная улыбка. — Он разбалован с восьми лет. Забавный парень. Крепкий, здоровый, постоянно попадает в переделки. Только в кабине «В-17» чувствует себя как дома. — Мистер Сандлер искоса глянул на Арчера. — Вы приехали с какими-то проблемами, не так ли, мистер Арчер?

— Да, — кивнул режиссер. — К сожалению.

— Ленч поможет нам с ними справиться. Это прекрасное средство для цивилизованного разрешения многих проблем. Но вы можете начинать прямо сейчас. Выкладывайте.