Ирвин Шоу - Растревоженный эфир

— У него слабые колени. Доктор говорит, что ему полезно кататься на коньках.

— Элис, давай посидим в кафе, — предложил Арчер. — Ты сможешь наблюдать за Ральфом через окно. Здесь очень уж холодно.

На лице Элис отразилась тревога, словно стеклянная панель, которая разделила бы ее и Ральфа, создавала множество проблем.

— Ральф, — позвала она, и подросток медленно подкатил к ним. — Я вернусь через несколько минут. Мы будем в кафе. Сядем у окна, чтобы можно было тебя видеть.

— Хорошо, мама, — кивнул Ральф. — Привет, мистер Арчер. — Он ухватился за бортик.

— Привет, Ральф. Твоя мама говорит, что ты делаешь успехи.

— У меня слабые колени.

— Только будь осторожен, дорогой, — наказала сыну Элис. — Перенапрягаться тебе нельзя.

Арчер наблюдал, как Ральф отпустил бортик и медленно покатил вдоль него. Нет, решил он, когда они с Элис направились к входу в кафе, которое занимало одну сторону катка, за этого мальчика мать может быть спокойна, перенапрягаться он не будет. «Если у меня родится сын, — почему-то подумал Арчер, — я дам ему ремня, если у него будут слабые колени».

Они нашли столик у большого панорамного окна. Арчер помог Элис снять жакет, затем снял пальто сам. Они сели лицом к катку. Катающиеся, создавая ощущение праздника в самом сердце огромного города, проплывали мимо, одетые в яркие одежды, юные, радостные, веселые, напрочь забывшие о мрачных, серых зданиях, высящихся вокруг. Арчер заказал чай для Элис и виски для себя.

— Нравится мне это место, — улыбнулась Элис. — Здесь так… словно уносишься далеко-далеко.

Арчер кивнул:

— Я тебя понимаю.

— Ходить сюда два раза в неделю — это расточительство, но я ничего не могу с собой поделать. — Элис с трудом оторвала взгляд от нескладной фигурки сына, повернулась к Арчеру. — Клемент, у тебя есть новости?

— Да.

— Хорошие или плохие?

Арчер помялся.

— Хорошие. В принципе хорошие.

— И что это значит? — В ее голос закрался страх.

— Спонсор мне обещал… во всяком случае, я считаю, что обещал… Скоро ты снова сможешь работать в программе…

— Когда? Как скоро?

— Через три-четыре недели.

— Это точно?

Арчер посмотрел на каток. Девушка в порхающей светло-синей юбочке легко и непринужденно выписывала на льду какие-то сложные фигуры.

— Да, Элис. — Арчер все наблюдал за девушкой. Краем глаза уловил проехавшего мимо кафе Ральфа. Тот помахал рукой матери. Элис улыбнулась и ответила тем же.

Официант принес чай и виски. Арчер добавил в стакан содовой, радуясь тому, что есть чем заняться.

— Это несправедливо. — Элис чуть не плакала, ее трагическое, изрезанное морщинами лицо белело над серым свитером. — Меня ни о чем не спросили, ничего не дали объяснить. Они… не понимают. Им наплевать. Всем наплевать.

Арчер сочувственно накрыл ее руку своей, надеясь удержать Элис от слез.

— Мне не наплевать. Я делаю все, что могу. Мы живем в странное время и должны надеяться, что оно уйдет в прошлое, а мы останемся. Откровенно говоря, я думаю, что через месяц все утрясется и ты вновь начнешь работать.

— Месяц. — Элис попыталась взять себя в руки. — Как я проживу месяц без работы? Почему они не сказали мне об этом три недели назад, когда мне предложили роль в театре? Почему они так долго с этим тянули? Почему все такие злобные?

— Послушай, Элис, я тебе помогу. Тебе нужны деньги?

— Я не могу брать у тебя деньги. — Элис всхлипнула. — Какое я имею право брать у тебя деньги?

— Не надо так говорить. Сколько тебе нужно?

— У меня сто шестьдесят пять долларов, — ответила Элис. — В этом месяце я еще не платила за квартиру и…

— Это все, что у тебя есть? — в изумлении спросил Арчер. Только сейчас он осознал, что значит для Элис работа.

— А что ты думал? По-твоему, у меня миллион долларов в государственных облигациях? — попыталась пошутить Элис.

— Это же кошмар. — Арчер достал из кармана чековую книжку и ручку и выписал чек на сто долларов. — Возьми. — Он сунул чек ей в руку. — Это поможет тебе продержаться. — Элис тупо смотрела на чек, словно не могла разобрать, что на нем написано. — Сумма небольшая, — добавил он, чтобы пресечь поток благодарности, — но на какое-то время хватит. Когда тебе снова потребуются деньги, позвони мне.

— О, Клемент… — Слезы таки полились, и люди за соседними столиками уже с любопытством поглядывали в их сторону. — Я не знаю, как я смогу их взять. Но ничего другого мне не остается. Ничего… Я боюсь. Я не могу спать с того самого дня, как ты приходил ко мне на прошлой неделе. Мне не к кому обратиться за помощью. Ты единственный. Никого ничего не интересует. Кроме Ральфа. А я должна убеждать его, что все отлично. Мне так одиноко… одиноко… — Она опустила голову. Руки с плохо накрашенными, неровными ногтями теребили чек. Все еще всхлипывая, Элис положила чек на стол, расправила, потом аккуратно сложила и убрала в сумочку.