Майкл Толкин - Игрок

Леви уже был в ресторане, когда пришел Гриффин. Официантка, худая женщина в черном, провела Гриффина к столику во втором зале. Гриффин знал ее по ресторану в Беверли-Хиллз, где она тоже встречала посетителей. Пока они шли к столику, она сказала Гриффину, что они с шеф-поваром купили этот ресторан. Гриффин сказал: «Мои поздравления», и почувствовал зависть к этой женщине. Он спросил себя, почему он ей завидует, и сам себе ответил: потому что она создала бизнес на пустом месте.

Леви стал подниматься, и Гриффин знаком попросил его не вставать. На нем был темно-синий костюм, слишком теплый для дневного времени, но с утра было прохладно. Он был высоким и подтянутым, как человек, работающий с личным тренером. Гриффин, имевший фунтов двадцать лишнего веса, смотрел на него с завистью. Но Леви явно не повезло с носом: тот был слишком мал для его лица, хотя и довольно правильным сам по себе. В сочетании с густыми темными бровями и редкими волосами он придавал ему не то мрачный, не то глупый вид.

– Знаете, вам не придется носить костюмы, когда вы начнете работать на студии. Левисону нравятся спортивные пиджаки. – Хорошее начало.

– Я сдам их на хранение на склад, пока студию не приобретет какая-нибудь нефтяная компания и они не захотят обновить имидж руководящих работников.

– Это последние новости? Нас собирается купить «Мобил»?

– Кто знает. Иногда я думаю, не вернуться ли в коммерческий отдел. После слияния производство всегда страдает, а коммерция остается коммерцией.

– Я забыл, что вы пришли из бизнеса, – сказал Гриффин с долей удивления, давая понять, что хорошие люди не приходят в кинопроизводство из бизнеса или если приходят, то их немного и клеймо это не смыть. – Но, – сказал он, – вы там работали недолго. – Это был выпад. Гриффин взял инициативу в свои руки.

– Не больше часа, – сказал Леви. – Когда я работал на «Уорнер Бразерс», я постоянно заключал контракты на сценарии, которых никогда не читал. Через какое-то время до меня дошло, что все эти авторы, о которых я по большей части никогда не слышал и по сценариям которых ничего не снимали, получали от семидесяти до трехсот тысяч за сценарий. Сценарии поступали, и я выписывал чек, а потом оформлял заказ другому автору на переделку. Когда наконец студия снимала фильм, оказывалось, что сценарий куплен у другой студии, потому что руку к нему приложил Сидни Поллак [14]или Чеви Чейз. [15]Поэтому через год я начал читать сценарии. Я читал каждый сценарий, на который заключался контракт, каждый переписанный сценарий и каждый вариант сценария. И после того как я прочитал триста сценариев, в буквальном смысле триста, я сказал, что уйду, если меня не переведут в производственный отдел. Меня не перевели, и я ушел. Я поступил на студию «Юнайтид Артисте». Меня любили, мне нравилась моя работа, у меня было много друзей и хорошая репутация, и мне везло. По трем сценариям, которые я курировал, сняли фильмы. Съемки одного из них стоили девять миллионов, а он принес тридцать пять миллионов, и Левисон сделал предложение, от которого я не мог отказаться. Такова моя история.

– И теперь вы нацелились на руководство студией.

– Я слышал, Левисон дал понять на двух студиях, что он к их услугам за приемлемую цену. Если он уйдет… – Леви развел руками. Жест означал «Я готов».

Подошел официант, принять заказ. Леви заказал салат, а Гриффин, намазывая масло на булочку, заказал маленькую пиццу. Он был рад, что не стал заранее готовить стратегию разговора, потому что выбрал бы такую же тактику и такой же тривиальный заказ, как Леви. Теперь он был спокоен, в то время как Леви нервничал, что он заказал только салат, не решившись на булочку или блюдо из макарон. Наверное, Леви когда-то прочитал книгу о том, как вести себя на деловых обедах, но, очевидно, пропустил главу о том, как полагается смотреть в глаза человеку, сидящему за столом напротив, и что не полагается таращиться на его углеводы. Гриффин знал, что продемонстрировал уверенность в себе, заказав больше еды, чем Леви. Это было небольшое сражение, и он одержал в нем победу.

– А вам никогда не хотелось уйти с работы? – спросил Леви, наблюдая, как Гриффин намазывает маслом еще одну булочку.

– Мне нравится то, чем я занимаюсь.

Все остальное время они говорили о кинозвездах и режиссерах. Леви нравилось сплетничать, Гриффин ему не препятствовал. Тот быстро съел свой салат и отказался от предложенного Гриффином кусочка пиццы.

Гриффин даже откликнулся на предложение официанта и заказал десерт – кусок шоколадного торта. Он предложил Леви попробовать.