Юлия Зеленина - Поиск.ру

– С собой говорю, – честно созналась я и добавила, – Видимо у меня прогрессирует преждевременный старческий маразм.

– В таком окружении – не удивительно. Мы тут с вами младенцы на фоне основного количества отдыхающих.

Завидев большую очередь к лифту, доставляющему к пляжу, незнакомец предложил сделать экстремальный спуск к морю по кривой заросшей тропинке. Я оценила это предложение по достоинству в тот момент, когда его крепкая рука легла на мою талию. Мы медленно шли по пляжу, выглядывая местечко для отдыха. Его рука по-прежнему обнимала меня – это было так приятно. Мы заняли место у самого моря и расположились на моем покрывале.

– У вас крепкие руки, вы, наверно, массажист?

– Нет, я простой отдыхающий, как и вы. Приехал сегодня утром.

– В «Буревестник»? – усмехнулась я.

– Да, моя… жена настояла, чтобы поехать сюда. В прошлом году ее мама здесь отдыхала и была в восторге.

– Так вы женаты, – я не скрывала своего разочарования. «Да, он слишком хорош, чтобы быть свободным! И до конца отпуска ты буду наслаждаться вниманием занудных старикашек!» – скандировали мои мысли.

– Но я сейчас один! Жена она… задержалась, что-то там, на работе у нее случилось и приедет только на следующей неделе. И если бы вы составили мне компанию…

– Нет! У меня «вето» по поводу женатых! – убеждала я себя, а не его.

– Мы с женой отдыхаем друг от друга и это в порядке вещей.

– У вас свободные отношения?

– Абсолютно! Она иногда заводит романы и мне приходится не отставать! – ответил мужчина, пряча взгляд. – Вы мне сразу понравились, я увидел вас в фойе и подумал, что… мы могли бы… Я пойду на процедуры – мне обертывание прописали. Увидимся в столовой!

Обладатель красивого крепкого тела умчался, оставив меня наедине с мыслями и горечью поражения. Я уставилась на море и с грустью представляла, как к концу отпуска начну кряхтеть по-старушечьи, говорить с собой и придумывать разные болезни.

– Девушка! – прогремел чей-то голос над моим ухом. Я резко открыла глаза – надо мной зависла старушка в шляпе с широкими полями.

– Вы, по-моему, поджарились! – зловеще произнесла она.

– Я в аду? – простонала я спросонок.

– Нет, в «Буревестнике»!

– Это одно и то же.

Я почти искренне поблагодарила старую даму за заботу и, собрав пожитки, поплелась в свой корпус. Кожа покраснела и жутко болела от солнечного ожога. Я снова себя жалела. Чтобы украсить мрачные курортные будни, я решила позвонить лучшей подруге.

– И плевать, что женат! – возвращала меня к жизни Наташка. – Он все равно изменит жене! Ну, не ты, так какая-нибудь медсестричка маломальски приятная подвернется на его курортном пути!

– Ты же знаешь, сколько проблем с женатиками! – возмутилась я, листая страницы памяти.

– Проблема, когда вы живете на одной лестничной площадке и тебе надо прятать глаза, здороваясь с его женой! А в «Буревестнике»? Насладились обществом друг друга и разлетелись навсегда! Женат – значит, блюдет свое здоровье, не болеет дрянью всякой. И, вообще, он сходу предупредил, что не свободен, а мог бы полоскать мозги, как это чаще всего бывает.

Я понимала, что Наташка права, но преодолеть барьер и, расслабившись нырнуть в отношения с человеком, за спиной которого маячит тень его супруги – это было трудно.

– Предупрежден, значит, вооружен! – не унималась Наташка. – Расслабься. Заведи легкий, как бриз, курортный роман!

– Но я ему уже сказала «нет»!

– Дура! А теперь скажи «да»!

– Как? Мы виделись на обеде в столовой, он просто поздоровался и прошел мимо, – растерянно жаловалась я Наташке.

– Ты же обгорела на море! Возьми сметану в столовой и пригласи его в номер, пусть он тебя обмажет!

Напутствие опытной в изготовлении хитросплетенных ловушек для мужчин подруги пошло мне на пользу. Я решительно направилась в столовую за сметаной. Однако получить молочный продукт было не так просто. Измученная санаторно-курортной атмосферой худощавая женщина – повар, смотрела на меня с негодованием и требовала сообщить номер моей диеты. Мои доводы о том, что сметана будет употребляться наружно и ни в коем случае не попадет в мой организм иным способом, а также демонстрация подрумяненной на солнце воспаленной кожи не убедили строгую работницу кухни, она бесконечно твердила:

– Назовите номер вашей диеты!

Как назло цифра вылетела из моей легкомысленной головы, я лишь помнила номер своего стола:

– Я сижу за двадцать девятым столиком!