Рафаэль Мухамадеев - Про-писи венеролога

Теперь уж точно к Светлане Львовне не ходок! И Фатиму Дамировну тоже не увидим. Опять же в бассейн «Буревестник» и в санаторий «Янгантау» врачи не пропустят. Грудью встанут. Словом не поперхнутся! «Лечи, скажут, свой микостоп!» Ох, плакала заграница. Пропала жизнь ни за понюшку.

Вон и лысый мужик напротив узенькими глазами подозрительно вглядывается. Тоже нашу общую беду во всей красе заметил.

Нет в жизни больше счастья, чем найти новый объект пропитания. Да, мы грибы. Нас мириады. Тьма-тьмущая! Мы повсюду. Хозяева мира! У нас самурайские корни в отличие от племен местных хлюпиков, которые только и знали, что поражать кожу межпальцевых промежутков и иногда ногтевые пластины первых и пятых пальцев стоп. Нам подавай на зубок всю кожу и все ногти не только на ногах, но и на руках. Вот как у этого задастенького. Все съедим! Без ножа и вилки. Мы злее! Мы можем даже проникнуть вглубь костномозгового канала и угнездиться там, образовав колонии-мицетомы. Тогда нас уже ничем не выкуришь! Мы вызовем у него бронхиальную астму, экзему, костоеду… Мы непобедимы! Мы сожрем вас всех! Все живое нам подвластно. Мы супергерои космического масштаба!

Почему я промолчал? Чего постеснялся? Ведь голые в бане сраму не имут. Может, подумал, что в ответ на мое замечание он грубо ответит:

— На чужой зад не пяль свой взгляд!

Надо было, конечно, сказать ему о болезни. Картина поражения, нарисованная грибами на его ягодицах, явно выдавала авторство и не требовала лабораторной экспертизы. Да, нехорошо поступил! Не по-человечески. Недостойно. Смалодушничал. Да что он, сам не замечал изменения ногтей или не чувствовал зуд в очаге поражения? Что я, обязан в чужую жизнь вмешиваться? Думаете, обязан. А если взглянуть с другой стороны, скажем, кому стоматологи в лицо плохими зубами тычут? И психиатры в бане душу не терзают. Водители не возмущаются, что поперек движения ходим. Служивые, что не маршируем с тазиками как на плацу. Словом, каждый сверчок знай свой шесток! А петушок свой часок. Всему свое время и место. Я же в бане не в белом халате!

К тому же он, противный, со своим больным задом везде вперед всех проскочить намыливался.

Мы с Рустемом парную промыли. Просушили. Проветрили. В ковшичек с кипятком настой душистых травок капнули, поддали основательно. Только знатоков и любителей этого дела из предбанника кликнули на свежий парок, глядь-поглядь, а он уже с верхней полки на нас свысока поплевывает, жизнью наслаждается и в ус не дует. Неправильно это. Не по-мужски! Закон суров, но дуралекс. Кто готовит, тот первый и парится. Как в жизни, кто платит, тот ею и наслаждается. Настоящие мужики об этом знают.

И потом, вот что могу добавить в свое оправдание. Я ему не отец родной. В детстве не воспитывал. Ногами заразными на сиденье кабинки вставать не учил. Вытирать полотенцем задницу с передницей, междометие, а уж только потом браться за мордку лица, не показывал. Дурной пример — ковырять кожицу между пальцами стоп, а потом лезть в уши — не подавал!

Ладно, господа-коллеги, понял я свои ошибки. Не попрекайте. Приношу извинения! При следующей встрече, не приведи господь, обязательно приглашу его на прием. Платный. И всех остальных тоже. С профилактической целью.

Пусть здоровые за девками бегают, в бассейны, санатории и… куда их глаза глядят. А мои бы не видели!

И ты, брат, береги здоровье в бане, а в номерах — тем более! Предохраняйся! Будь-будь! А не то увидимся! Ваш Рафочкин.

Ранним утром, когда очередь перед регистратурой хозрасчетной поликлиники то вздымалась как опара, то опадала до одиночных посетителей, возле окошечка кассира я однажды услышал чьи-то громкие матерные выкрики. Не сказать чтобы ругань привлекала внимание разнообразными коленцами, завитушками, загогулинами, фантастическими сравнениями и словосочетаниями столь органичными в устах морского волка, только что сошедшего на берег в поисках лупанария. Или, напротив, ругательства резали бы слух, как фальшивая нота сексуальных измышлений какого-нибудь прыщавого хлюща в автобусе. Нет! Ругань не привлекала и не резала! Мат был простой и незамысловатый, как предложение первоклассника, написавшего на классной доске: «Мама била папу». Ругательство состояло всего из комбинации двух слов, произносимых во всех возможных сочетаниях. Слева направо и с конца в начало.