Ночью самолет молодоженов вылетит с нашего областного аэродрома в Ташкент, оттуда прямым рейсом их доставят в Мурманск. Дорога займет меньше двух суток. Моряк через воинскую кассу купил мне билет на поезд, который доставит меня в столицу республики, усадил в вагон и стоял у окна, пока состав не тронулся. Супруга на вокзале стерегла их не очень богатый багаж. Мы поменялись адресами, обещали переписываться. В разгар сессии я получила от них письмо. Жена офицера сообщала, что долетели хорошо. От ташкентской жары розы нисколько не пострадали, укутанные вместе с корзиной в мокрую простыню.
Салон самолета наполнился их запахом, а дома, в Мурманске, вся команда с катера и соседи по офицерскому общежитию перебывали в их комнатке, восхищаясь чудесным благоуханием южных красавиц. Вянущие лепестки роз она собрала, высушила и добавляет в чай, когда приходят гости. Аромат чудесный! Получилось, что подарок моих дорогих мальчишек стал праздником для целой команды моряков где-то на Севере, у черта на куличках. Попав в крутую заморочку из зачетов, экзаменов, семинаров и культпоходов, я не смогла сразу ответить, послала писульку, выбравшись из трясины, с дипломом в руках. Нужно представить мое изумление, когда из Мурманска пришла тяжелая посылка с копченой рыбой. Поистине царский подарок! Но нам с мамой столько рыбы не съесть. Пару раз отварили картошки, пообедали с деликатесом, мама наделала пирожков, но без дэмзэлов они зачерствели. Отнесла посылку в учительскую. Попробовав кусочек, Петр Ильич тут же конфисковал ящик и объявил, чтобы сегодня вечером все собрались в зале методкабинета, где обычно проходят педсоветы.
Педсовет? Я же завуч, почему не согласовал со мной повестку дня? Спросила, он отмахнулся, весело и загадочно улыбаясь. В назначенное время, проводив вторую смену, иду в методкабинет. Его не узнать. Столики поставлены глаголем, покрыты свежими скатертями из шахтерской столовой, тарелки с хлебом, помидорами и малосольными огурцами, вазы с персиками и виноградом, длинная шеренга бутылок с пивом и несколько продолговатых блюд с рыбой, исходящей дурманящим аппетит запахом. Учителя толпятся на пустом пространстве, наблюдая, как Зоя Аркадьевна и две учительницы завершают сервировку к предстоящему пиршеству. Уселись, шумно гадая, по какому поводу такой великолепный стол. Мне был указан стул рядом с директором. Пока рассматривали закуски и разбирали, где чья тарелка с прибором, вошел Николай Степанович с супругой. Для них освободили стулья по левую руку директора. Петр Ильич начал с шутки:
— Я собрал вас, господа, чтобы сообщить преприятнейшую новость: Татьяна Павловна закончила институт с красным дипломом. Она, единственная из нас
отличница с высшим образованием, с чем и разрешите поздравить ее от имени школы! И от имени шахты "Пионерская" тоже, о чем скажет Николай Степанович несколько позже. Ее питомцы через мурманских рыбаков прислали нам подарок — необыкновенную рыбу, совершенно без костей, чудеснейшего копчения и сказочного вкуса! Так наши выпускники поздравили свою любимую учительницу. Пусть красный диплом Татьяны Павловны станет добрым предзнаменованием нашим ученикам! Пусть они учатся только на "отлично" и радуют нас своими успехами, как старается это делать наша дорогая Татьяна Павловна! Давайте выпьем за здоровье всех присутствующих и за наши успехи по примеру Татьяны Павловны! Пьем до дна! Иначе мое пожелание не дойдет до Бога, хотя мы все здесь атеисты от рождения! А теперь попробуем рыбку! Вот это настоящая рыба! Никто из нас в жизни такой рыбы не едал! Это же Мурманск! Север и холод! Вот она в холодной воде и разнежилась, потеряла кости и превратилась в бальзам, тающий во рту! Попробуйте с горячей картошечкой…
Выпили до дна и разобрали рыбу по тарелкам. С пивом вкусно необычайно!
Николай Степанович предложил тост за наших выпускников. Двенадцать человек подали документы в горные институты, пятеро получат специальности, очень нужные в расширяющемся городском хозяйстве, еще пятеро пойдут в армию и, отбыв службу, спустятся в шахту "Пионерская". Спасибо школе! Подготовила достойную смену горнякам! Второй бокал выпили за успехи выпускников, а потом пили и закусывали свободно, предаваясь воспоминаниям. Вспомнили о веселой проказе, придуманной дэмзэлами зимой восьмого класса. Я говорила, что школа вот уже четвертый год занимает здания, где в войну были камеры для заключенных изменников Родины. Одноэтажное здание имеет форму уродливой буквы "н", положенной плашмя: "ножки" короткие, а перекладина, их соединяющая, широкая и длинная. В северной "ножке" — учительская, кабинет директора и методкабинет с полдюжиной столов, расставленных, как в читальном зале. Перекладину и южную "ножку" занимают библиотека, лаборатории и классы, расположенные по обеим сторонам узкого и темного коридора, где свет горит и днем и вечером. В южной "ножке" — вход для учеников, в северной — для учителей и техперсонала.
Читать дальше