Айрис Мердок - Зеленый рыцарь

— Ты хочешь сказать, что мы живем в сказочном мире, где есть запретные слова или неразрешимые загадки… А если мы осмелимся произнести их или разгадать заветные тайны, то нам придется умереть или отправиться вместе в райские кущи.

— Да, Алеф. Только я стал ничтожным и недостойным грешником, меня околдовали, на мне лежит печать проклятия.

— Харви, ты пребываешь в каком-то затяжном сне. Тебе пора просыпаться.

— Ты разбудишь меня, ты сможешь, ведь правда?

— Нам обоим надо постараться достичь совершенства, ты так не думаешь?

— Ты имеешь в виду, что нам следует уподобиться замечательным героям Генри Джеймса?

— Нет, благородным, доблестным и несгибаемым героям Шекспира.

— Подразумеваются отважные праведники Шекспира? Да, мы оба околдованы, парализованы из-за того, что нам так великолепно жилось вместе. И что же теперь… Несчастны. Я-то уж точно.

— Харви, умоляю, не продолжай, если, конечно, не хочешь увидеть очередную рыдающую женщину! Ты же осознаешь, что все это в каком-то смысле пустяки.

— Нет, не пустяки.

— Хорошо, я понимаю, все очень серьезно. Но встряхнись, смотри на жизнь веселей или, как сказала бы Сефтон, подтяни носки, дружок. В общем, соберись с силами!

— Мне кажется, что наши разговоры очень важны, мы действительно понимаем друг друга, понимаем до глубины души. Я всегда буду любить тебя, Алеф, запомни это. Пожалуйста, дай мне твою руку, ведь это особенный момент, момент осознания нашего духовного единения, мы словно приблизились к богам, приблизились к настоящему освобождению. Погоди, Алеф, Дорогая, милая, давай просто тихо посидим вместе в молитвенном молчании, в спасительном блаженстве.

— Да, да. Но не будь столь печальным, милый Харви. Пора подумать и о земной пище. Луи внизу, на кухне, и я слышала, что Мой уже спустилась. Давай сейчас осушим наши глаза и дружно пойдем к ним. Ты ведь останешься к обеду, правда? Луи очень обрадуется.

— Обед? Алеф, не глупи!

Почтенный отец мой!

Согласно Вашему предписанию я воздерживался от переписки с Вами и надеюсь, что Вы простите мне это письмо, написанное без Вашего благословения. Мне необходим Ваш совет, необходимы Ваши мудрые молитвы. В предыдущем письме я упомянул о том, что жизнь свела меня с одним человеком, исполненным духовной ангельской силы, он незаслуженно пострадал и борется за справедливость. И теперь я невольно вовлечен в наиболее жестокую и опасную фазу этой борьбы. Я говорю «невольно», поскольку также люблю и нашего (смертельного) врага. Если можно так выразиться… я познакомился с антихристом и полюбил его. Сама ситуация в действительности настолько сложна, что разобраться во всех ее аспектах под силу разве что Господу. Я попытался выступить в этом деле — увы, теперь его придется назвать именно враждебным противостоянием — как посредник и примиритель, но мои усилия оказались тщетными. Я очень опасаюсь как за моего ангела, так и за его противника. Могу ли я теперь попросить Вас о новой встрече? Времени осталось очень мало. Этим земным грешникам необходимо прощение. Ибо мы сражаемся не против рода человеческого, но против ангельского чина и против власти, против правителей тьмы в нашем мире, против духовной порочности в ее высшем смысле. Умоляю, простите меня за такое запутанное письмо. Передо мной стоит ужасная дилемма, а я не знаю, как мне следует поступить. По крайней мере, я полагаю, тут нет моей вины. Однако кто же может знать это наверняка? На миротворца должно снизойти благословение, ибо он следует заветам Господа. Если миротворческие попытки завершатся неудачей, то, возможно, потом он будет вечно упрекать себя за то, что ему не хватило мужества воспрепятствовать неподвластному его уму процессу. Я не в силах описать на бумаге все мои сомнения. Умоляю Вас, ответьте мне и позвольте спешно приехать и поговорить с Вами, пока эти двое не погубили друг друга. Ваше умиротворенное и благочестивое лицо поможет мне, я уверен, обрести необходимую мудрость и мужество.

Ваш любящий и преданный ученик,

Беллами

P. S. Вы говорили о постоянных молитвах. Я не смог выполнить Вашего завета, но старался молиться часто, иногда используя услышанные от Вас слова. У меня возникло, однако, странное ощущение, будто мои молитвы стали глупыми и сальными. Могут ли молитвы быть сальными? Идиотское определение, но я могу пояснить этот образ. Надеюсь, я не схожу с ума. Я убеждаю себя, что Господь принимает любые молитвы, даже фальшивые, надеюсь, Вы понимаете, что я имею в виду.