Пол Тот - Ш-ш-а...

Чтобы расплатиться с Шантиль, надо заложить часы. Я решил пойти в «Американский ломбард». Заведение с таким названием заслуживает доверия.

По пути думаю о письмах. Прочитал всего несколько. Их еще много, только вряд ли хочется узнать больше того, что уже узнал.

Практически о прочитанном и без того догадывался. Мама постоянно твердила родственникам, соседям, даже почтальону: «Рей слегка не в себе после того, как ударился головой. Это не наследственное, я во время беременности не пила и не принимала наркотики. Он просто головой ударился, вот и все».

Однажды она пришла в школу после телефонного звонка учителя. Я подслушивал их разговор в коридоре.

Учитель сказал:

– По-моему, Рей особенный.

Мама сказала:

– Знаю. Неужели вы думаете, будто не знаю? Вызвали меня сюда, чтобы это сказать? Неужели считаете, будто мне неизвестно, что он отсталый?

– Совсем не в том дело, – сказал учитель. – Я говорю «особенный», имея в виду «одаренный». По-моему, у Рея довольно богатое воображение. Проводившиеся в штате и в общенациональном масштабе тесты показывают, что он…

– Шутите?

– Шучу? Миссис Пуласки, зачем мне шутить подобными вещами?

– Все знают, что Рей чокнутый. Вы когда-нибудь хорошенько на него смотрели?

– Миссис Пуласки!

– Слушайте, Рей действительно особенный, и если это подарок, не присылайте мне его на Рождество. Что касается воображения, то, по-моему, у шизофреников оно тоже очень богатое. Могу поклясться, им приходит в голову такое, что даже никогда не приснится человеку в здравом рассудке. Переведите его в класс для отсталых, как делают в других школах, если не считаете, будто знаете больше всех прочих школьных учителей в целом городе.

С тех пор учитель проявлял ко мне особый интерес, ограждал от мальчишек. Но после того, что говорила мама, я никогда не верил похвалам учителя. Думал, он надо мной издевается.

Мама мне часто рассказывала об отце. Когда я спрашивал, что с ним случилось, она говорила: «Он погиб, спасая тебя. Ты в него вцепился, как птица когтями, и он потерял равновесие. Крепко держал тебя, падая с лестницы. Ты все равно ударился головой, хотя, если бы не отец, разбился бы насмерть».

До этих самых писем она никогда ни словом не упоминала о пьянстве. Для меня это новость. Мама постоянно твердила, как усердно трудился отец ради нас, а я вместо благодарности только лип и цеплялся к нему. Говорила, при жизни он так и не получил заслуженной награды, в отличие от меня.

Помню, тетя Мисси всегда относилась ко мне по-особенному. Рассказывала про ракеты, планеты и звезды, про инопланетян и летающие тарелки с вертящимися огнями, про духов и дома с привидениями. Иногда выдумывала истории, в которых я был прославленной кинозвездой. Рассказывала, как я прихожу на великосветский прием и все просят у меня автограф. Я ложился спать, и рассказы мелькали в голове, как кино.

Иногда кое-что объясняла. «Твоя мама очень старается, но ей выпала трудная жизнь. Если порой выходит из себя, ты должен понимать. А если слишком много пьет, просто помни, что это вроде лекарства, которое ей помогает забыться». Или: «Когда люди плохо с тобой обращаются, просто взгляни на них и скажи: «Ладно, а в вас-то самих чего хорошего?» или: «Если кто-нибудь нападет на тебя, двинь ногой в яйца и удирай». И самое замечательное: «Гордо держи голову, Рей. Помни, ты кинозвезда. Просто помни, что я тебе рассказывала, и еще крепче помни – ты такой, какой есть, что бы ни говорили другие».

Мы с Мисси делали почти все, что другие дети делают с матерями. Ходили в кино, в магазины и в парки, а когда возвращались домой, мама почти всегда лежала на диване с мокрой тряпкой на лбу. Бросала на нас взгляд и стонала; после того как дверь закрывалась, стонала еще громче, переворачивалась лицом вниз. Мисси хватала меня за руку и говорила: «Пошли, Рей. Я обед приготовлю».

Но Мисси бывала у нас только летом. В зимние месяцы дело шло плохо – у меня ничего не было, кроме мамы на диване и пары старых игрушек в спальне. А еще телевизор, по которому я просмотрел все мультфильмы. Наверное, видел больше мультфильмов, чем любой другой американский ребенок. Когда бы ни проснулся, первым делом слышал от мамы: «Заткнись, смотри мультфильмы».

В отличие от Мисси, которая уверяла, что есть кое-что получше телевизора, мама считала его самым лучшим на свете. Когда мне хотелось зимой повозиться в снегу, она говорила: «Нет, Рей, мне хватает забот без того, чтоб ты бегал по улице, потерялся или, хуже того, снова головой ударился. Просто сиди смотри телевизор».