Бернар Вербер - Зеркало Кассандры

Фетнат плюет на землю:

— Насколько я знаю, в Зимбабве бушует холера, и ничто ее не останавливает. Уже двенадцать тысяч человек умерло.

Орландо уточняет:

— Именно потому, что эти болезни считаются побежденными, наш организм совершенно не может им противостоять.

— Надо просто выпустить необходимые лекарства, — говорит Эсмеральда.

Орландо вспоминает все, что знает о современном бактериологическом оружии.

— Они, наверное, вывели новый устойчивый вирус чумы. Какими бывают некоторые виды гриппа.

Кассандра повторяет:

— Они используют чуму, чтобы уничтожить цивилизованный мир. Чуму и крыс. Как раньше.

Ким задумчиво произносит:

— Средневековая болезнь, распространяемая людьми, которые хотят вернуться в Средневековье…

— Надо всех крыс уничтожить, — предлагает Эсмеральда.

— Ты смеешься, что ли? В одном Париже крыс в два раза больше, чем жителей. Они адаптируются к любому яду. Они ни к чему не восприимчивы, — возражает Орландо.

— Он прав, Париж покоится на живой подушке из крыс. Если они станут переносчиками эпидемии, их не остановит ничто, — мрачно заявляет Ким.

Все, что случается больше двух раз, становится рутиной.

Так и предотвращать теракты стало для нас обычным занятием. Мы — пожарные, которые гасят огонь, вот и все.

Разница лишь в том, что у нас нет униформы, нет официального задания, а после завершения работы мы не получим ни вознаграждений, ни зарплаты.

Нашей наградой становится лишь сознание, что мы спасли от смерти людей, которые об этом даже не узнают.

Людей, которые, увидев нас, быстро отойдут в сторону и пожелают нам поскорей попасть в тюрьму.

Все утро Ким рыщет по Интернету в поисках крупных хранилищ питьевой воды неподалеку от столицы. Он показывает Кассандре фотографии, чтобы она могла узнать место событий.

Наконец одна картинка кажется ей знакомой.

— Монсури. Большое хранилище пресной воды на юге Парижа! — объявляет Орландо.

В восемь часов вечера, следуя указаниям бывшего легионера, все надевают рюкзаки, наполненные инструментами.

Чтобы не попасть под объективы видеокамер, они выбирают в качестве средства передвижения агрегат по прозвищу Карета. Этим каркающим именем назван старый красный «Пежо-404 универсал», проржавевший до самых осей. Орландо снабдил его новыми колесами, то есть колесами с восстановленными протекторами, а Фетнат наладил карбюратор и глушитель, чтобы превратить машину в гоночный болид, на тот случай, если придется уходить от полиции.

Шарль де Везле решает остаться в деревне, он плохо себя чувствует. У него нелады с пищеварением, видимо, из-за специфического качества еды, которую он пробовал накануне. Он отдает товарищам свой мобильный телефон и собирается информировать их обо всем, что узнает из Интернета.

Обитатели Искупления кладут на крышу Кареты огромный тюк с водолазными принадлежностями, которые отыскал на свалке Ким. И чемодан с почти герметичными противогазами. И спортивную сумку с арбалетами и стрелами, на случай неприятных встреч. И корзинку бутербродов с жареной собачатиной — а то вдруг есть захочется?

Они затягивают багаж брезентом и, толкаясь, залезают в красный «Пежо-404».

— Знаешь, твоя Карета не новенькая, — замечает Эсмеральда.

— Ну конечно, не последняя модель. Держитесь крепче, подушек безопасности и кондиционера нет, пристегнуться тоже нечем. Вместо навигатора — вот… — говорит Орландо, показывая на корабельный компас, прикрепленный жвачкой к приборной доске.

Одна дверца отказывается закрываться, ее приклеивают клейкой лентой.

Наконец наступает решающий момент, и Орландо включает двигатель. Никакой реакции со стороны машины. Он вылезает из автомобиля, открывает капот и подтягивает клеммы аккумулятора. Приборная доска зажигается, но мотор не издает ни звука.

Тогда Фетнат достает пусковую рукоятку и вставляет ее в специальное отверстие в переднем бампере, пытаясь запустить двигатель. Наконец слышится гудение, затем треск, появляется черное облако, от которого все кашляют, а лобовое стекло теряет прозрачность. Столб дыма вырывается из выхлопной трубы. Мухи разлетаются в разные стороны.

Шарль де Везле, который хотел помахать друзьям на прощание, отходит подальше, боясь, как бы машина не взорвалась.

— Планету собираетесь спасать, а ваша развалина напустила больше вони, чем целая пробка в час пик! — кричит он.