Бахыт Кенжеев - Иван Безуглов

- Я и сам зарабатываю достаточно, - покачал головой Безуглов. - Кроме того, я слишком ценю свою независимость. Я отвечаю только за свои решения, за свои достижения, свои ошибки.

Он был особенно привлекателен в этот момент - гордый, сильный, со складкой, вдруг пересекшей высокий лоб. "Настоящий викинг, - подумала вдруг Таня. - Такой же бесстрашный... и иногда по-детски безжалостный..."

- Но насколько безопаснее бизнесмену жить в Канаде! - гнул свое Верлен. - Мы любим иногда поплакаться на высокие налоги, но во всяком случае правительство не издает нелепых декретов, бьющих бизнес в самое сердце.

Он лукаво смотрел на своих русских партнеров, не без тайного умысла сжимая в руке ладный канадский паспорт с золотой британской короной на черной обложке.

- Я люблю опасность, люблю азарт, - его собеседник слегка нахмурился. - Кроме того, я здесь нужнее. Если начнут уезжать люди, подобные Безуглову, то некому будет восстанавливать страну из развалин. Правда, Федя?

Молодой Тютчев серьезно кивнул шефу.

- Ах, русские, русские, - с мягким укором улыбнулся господин Верлен, - какие вы неисправимые идеалисты.

- Разве и сами вы не связали свою деловую судьбу с Россией? - не удержалась Таня.

- Я уже объяснял вам, - Верлен со своей тележкой, на которой лежало три огромных кожаных чемодана, подъезжал уже к самым воротцам таможенного прохода для особо важных лиц. - Но теперь у меня появилась еще одна причина любить эту страну.

- Какая же? - простодушно спросил Тютчев.

- Об этом я, может быть, скажу вам в Монреале. Уверен, что мы еще вернемся к этому разговору. Итак, до скорого свидания - и я рассчитываю, что вы сумеете до отъезда посетить Санкт-Петербург и ознакомиться с моим электронным заводом. Другой такой, я уверен, мог бы украсить собой вашу древнюю Москву. И вас, господин Тютчев, вместе с вашей юной партнершей, я буду с нетерпением ждать у себя в гостях. Посмотрите на мои швейные предприятия, на оптовые базы... это звучит скучно, но неделя в Канаде в качестве моих гостей принесет вам больше пользы, чем год в университете. Кстати, застанете и еще одно забавное мероприятие, имеющее отношение к вашей родине...

Верлен, словно в сильном утомлении, провел морщинистой рукой с канадским паспортом в руке по своим чуть взлохматившимся седым волосам, вручил Безуглову небольшой пакет, наказав открыть его в офисе, и прошел к таможенному контролю. Уже стоя перед чиновником, с уважением уставившимся на бриллиантовую булавку в его галстуке, он обернулся, чтобы послать обескураженной Тане - именно ей, тут не могло быть ошибки - воздушный поцелуй. Глаза его снова светились давешним мучительным, дьявольским блеском, и Тане показалось, что аэропортовский сквозняк вновь донес до нее волнующий запах "Эгоиста".

После получасового поединка с разбитыми московскими дорогами неутомимый "Кадиллак" уже доставил Ивана и Таню в офис, где в приемной Безуглова маялся бледный, словно от бессонной ночи, Лермонтов (своего кабинета в компании у юриста не было - он сам, невзирая на сопротивление шефа, по старой дружбе выторговал себе право работать дома, появляясь у президента два-три раза в неделю). Бросившись к Ивану, он искательно протянул ему руку - и Безуглов, испытующе взглянув в бегающие глаза Михаила, ответил на рукопожатие. Широким жестом пригласил юриста к себе в кабинет. Минут через пять к ним присоединился бухгалтер Баратынский. Когда минут через сорок Лермонтов, потирая потные руки, оставил кабинет, президент по селектору вызвал Таню.

- Нам придется вылететь в Монреаль гораздо раньше, чем мы планировали, - в голосе Ивана звучала такая редкая в этом решительном человеке тревога, что Тане стало не по себе. - Наша партия леса уже отправилась в путь из Архангельска. Сегодня в полдень курьерской почтой пришли все необходимые для оплаты аккредитива документы.

- Поздравляю тебя, Иван! - не удержалась Таня. - Разве не этого момента вся наша фирма ждала уже два года?

- Не забывайте, Таня, что по меньшей мере четверть нашей выручки, то есть, шестьдесят два миллиона рублей, получены по краткосрочному кредиту , чтобы доплатить за наши поставки, - своим сухим, бесцветным голосом вставил Баратынский. - Мы должны практически мгновенно обратить часть полученных долларов в русскую валюту, чтобы расплатиться с банками. Курс доллара снова начал падать, и каждый день, который деньги пробудут на западе, чреват для нас неприемлемыми потерями.

- Лермонтов только что сообщил мне, - с высокого лба Ивана не сходило выражение озабоченности, - что все безналичные платежи, поступающие из-за границы для частных компаний с таким крупным оборотом, как у нас, должны теперь размещаться не в банке "Россия", где у нас открыт валютный счет, а в том самом банке "Народный кредит", которым заправляют большевистская мафия Зеленова. Видимо, нам придется привезти все деньги наличными или ценными бумагами.