Генри Саттон - Детские шалости

— Конечно, поговорим, — сказала она.

— Ну тогда окей, — сказал он, ни словом не обмолвившись о том, что несколько минут назад Лили в телефонном разговоре показалась ему очень расстроенной — предположительно потому, что Ким не разрешала ей сделать маленькую вечеринку в честь дня рождения. Сбитый с толку, не понимая, где его облапошили на этот раз, он вдруг отчаянно захотел закончить этот разговор.

— Я жду с нетерпением, Марк. Как сумасшедшая, — сказала Ким, медленно, спокойно, слегка пренебрежительно, но не сердито — похоже, даже поддразнивая его — за мгновение до того, как он отнял трубку от уха и нажал на красную кнопку отбоя, матерясь про себя, думая — да ебанись ты, еще больше не понимая, чего именно хотели от него Ким и Лили.

Притормаживая перед чередой светофоров на окраине Ньюбери, Марк тянет время, оглядывается через плечо, кидает взгляд на огромный подарок для Лили, привязанный к заднему сиденью, он ведь не хотел, чтобы коробка соскользнула вниз или опрокинулась, если вдруг придется резко тормозить, он не хотел, чтобы содержимое коробки разбилось, или, что еще хуже, поцарапало бы интерьер машины. Он не смог всунуть подарок в багажник, потому что багажник забит инструментами — фактически туда сложены почти все его инструменты, потому что недавно он потерял право пользоваться гаражом и ему больше негде их хранить. Мало того что Николь не позволит хранить их в доме, он не хотел, чтобы она пристала к нему с расспросами, почему он приволок инструменты в гостиную, где им, по ее мнению, в любом случае не место.

Так что она понятия не имеет о подарке, а сам подарок ему пришлось упаковывать на придорожной стоянке, угрохав на это четыре рулона оберточной бумаги, которую он купил в газетном киоске на выезде из города. Он провел неимоверное количество времени в попытках завернуть его красиво, но он теперь доволен результатом, особенно ярко-розовой оберточной бумагой, раскрашенной сотнями сияющих серебряных надписей «С Днем рождения!» — это тот же самый оттенок розового и искристого серебристого, вспоминает он, что и майка Babe, до тех пор, пока Лили не выпачкала ее в грязи.

Николь неосознанно подала ему идею купить для Лили компьютер. Когда он спросил ее, что подарить Лили на день рождения — после того как она более чем понятно заявила, что они с Джеммой не собираются ехать с ним в Ньюбери, — она сказала: «Подари ей новую жизнь». Он сказал Николь, чтобы та перестала глупить, а она ответила: «Ну да, это твоя дочь. Подари ей майку с надписью „Глупая корова“ или что-нибудь такое. Или пару новых туфель на шпильках. Она может носить их с Ким по очереди. Впрочем, не думала, что у тебя есть лишние деньги, Марк. Если совсем честно, в данный момент тебе нужно думать о единственном подарке — о компьютере для Джеммы, который мы обещали ей на Рождество».

Постаравшись, чтобы разговор не услышала Николь, он переговорил с Дарреном — со своим самым близким и проверенным поставщиком электротехники — и тот сказал, что совершенно точно сможет кое-что подобрать. Даррен не торговал эксклюзивными марками и моделями последнего слова техники, но он мог гарантировать, что эта штука абсолютно неиспользованная и по-прежнему в своей оригинальной упаковке — за 200 фунтов стерлингов. Этим утром Марк забрал компьютер, это был Compaq, заметил он, из закрытого склада Даррена неподалеку от аэропорта, предварительно сняв наличные с бизнес-счета в банке (хотя по этому счету и так донельзя превышен кредит, пока что им все еще можно пользоваться). У него не было времени осмотреть Compaq, да он толком и не знал, что именно надо осматривать, потому что не разбирается в компьютерах, не то что Николь, но Даррен никогда его не подводил. Все, что он поставлял, работало без проблем, разве что, думает Марк, они все время теряют эту проклятую трубку-телефон.

И вот, остановившись у очередного светофора перед пешеходным переходом, где красный свет пронизывает моросящий дождь и разливается на пустом тротуаре — тусклый красный свет в маслянистой темной воде, — Марк смотрит на Maurice Lacroix на своей руке, а затем переводит взгляд на электронные часы на приборной панели и видит, что, как и всегда, они работают предельно синхронно. На часах 3.24. Он сказал, что приедет к чаю, по крайней мере он сказал это Лили, когда прошлым вечером говорил с ней по телефону, он сказал, что когда он приедет, у него еще будет полно времени, чтобы поздравить ее с днем рождения и перемолвиться словечком с ее мамой, а потом заявятся ее друзья, и ему придется уехать пораньше. Она сказала, чтобы он не напрягался этим приездом, но он не обратил внимания на ее слова, сказал, что ждет не дождется увидеть завтра свою девочку в день ее рождения.