Анна Ромеро - Тайны Торнвуда

– Да.

– Я настолько изменился?

Прошло мгновение, прежде чем я смогла заговорить.

– Это правда, – сказала я наконец, – ты изменился. Последние несколько лет на всех наложили отпечаток. Но, Сэмюэл, пришло время оставить войну позади и жить дальше. – Я осмелилась взять его за руку, быстро пожать его пальцы, поразилась, какими они были холодными. Я отпустила его руку. – У меня теперь маленькая девочка. Ее зовут Луэлла… Я называю ее Лулу. Я ей все о тебе рассказала.

– Обо мне?

– Конечно, Сэмюэл. Всякий раз, когда я смотрю в ее красивое личико, я вижу тебя. У нее твои глаза и улыбка, и она очень умненькая. Щекастая тоже, совсем, как ты… – «Был», – чуть не сказала я, словно Сэмюэл остался в прошедшем времени. Но так я привыкла о нем думать: мужчина, которого я потеряла на войне. Мужчина, который оживал в моих мечтах, но обитал лишь в серой стране теней прошлого.

Сэмюэл, видимо, не заметил моей оплошности. Медленная улыбка преобразила его изнуренное лицо. Отстраненность в его глазах исчезла, и там появилось что-то другое: искра почти радости, смешанной с изумлением. Он кашлянул.

– Луэлла, Лулу. Я всегда любил это имя. Можно мне, если ты не против… О черт, Айлиш. Я так хочу ее увидеть. Как думаешь, я могу вас навестить? Сегодня днем не слишком скоро?

Наконец-то надежда. Проблеск моего прежнего Сэмюэла, того, кто обнимал меня всю ночь в хижине поселенцев и отгонял моих призраков. Мой любимый, которого я оплакивала и за которого молилась каждую минуту с тех пор, как он забрался в тот старый красный драндулет четыре с половиной года назад и исчез из моей жизни. Во мне стала расцветать улыбка, огненный шар любви, который прокладывал себе путь наружу, заставляя светиться все мое тело.

– Разумеется, ты должен прийти…

Тут как раз мимо прогрохотал грузовик, из его изношенной выхлопной трубы с громким хлопком вылетело черное облачко. При этом звуке Сэмюэл отшатнулся, схватил меня за руку и потащил к дверям аптеки, оглядываясь в поисках источника внезапного шума. Грузовик, громыхая, уехал, и Сэмюэл повернулся ко мне. Его и без того серое лицо сделалось белым как бумага и покрылось испариной.

– Сэмюэл?..

– Все нормально, – быстро сказал он, выпуская мою руку, провел по своей груди дрожащими пальцами, закивал, как будто успокаивая меня. – Просто стал немного… – Он вытер рот. – Немного пуглив.

Он устремил взгляд вдоль улицы. Все больше и больше людей с любопытством смотрели на нас, некоторые оборачивались на ходу, одобрительно кивая при виде формы Сэмюэла. Раз или два кто-то из мужчин похлопал его по спине, несколько голосов обратились к нему:

– Добро пожаловать домой, приятель.

– Молодчина.

– Твой отец гордился бы тобой, Сэмюэл…

Я расхрабрилась и снова взяла его за руку. На этот раз я сжала его пальцы и не выпускала.

– Разумеется, ты должен нас навестить, – продолжала я. – Сегодня днем я везу папу в Ипсвич к врачу, но завтра день его рождения, мы планировали маленькую веселую вечеринку, ничего особенного, только мы втроем. Хочешь прийти? Пожалуйста, соглашайся, папе будет так приятно тебя увидеть, а Лулу… ну она будет на седьмом небе.

Сэмюэл ответил на мое пожатие. Крохотное, почти незаметное проявление душевного тепла, но мое сердце раскрылось, как лепестки большого мягкого цветка. Все будет хорошо. Сэмюэл жив, он дома. И по-прежнему меня любит, я знала, что любит, я поняла это по нежному пожатию, а во взгляде его темных глаз, устремленных на мое лицо, ясно читалось страстное желание. Я не собиралась забегать вперед, но сладостные слова уже складывались у меня в голове. «Мы будем одной семьей, – стремилась сказать я. – Наконец-то мы будем настоящей семьей. Ты, я и Лулу вместе, как я мечтала. Мы поженимся и оставим весь этот печальный период военного времени в прошлом».

Сэмюэл прищурился.

– А ты, Айлиш? Ты рада меня видеть?

Я уставилась в дорогое мне лицо. Рада? Разве он не догадался, как я по нему скучала, как болела от тоски, которая терзала меня, пока его не было рядом? Как я волновалась, печалилась, как мне было одиноко? Конечно, нет, как он мог? Письма, которые я ему написала, вероятно, до сих пор плесневели на каком-то забытом лагерном складе.

Я улыбнулась.

– Ты даже не представляешь, как я рада.

Но на сей раз Сэмюэл не улыбнулся в ответ. В нем произошла перемена. Знакомый мне Сэмюэл исчез, вернулся холодный чужак. Его глаза снова стали пустыми, складка рта мрачной. Высвободив из моей руки свои пальцы, он крепко схватил меня за запястье.