Виктор Брагин - Поколение 700

И тут горе-самоубийца вдруг понял, что просто хочет в туалет, причем очень сильно. Затушив сигарету, Топ-лузер молниеносно встал:

– Я должен отлить, – отрапортовал он и направился в уборную. Валдис даже не успел ответить.

– Вот опездол! – весело пробормотал он, когда Топ-лузер удалился. – Как хорошо, что я решил найти его именно сегодня!

Впрочем, от идеи набить Топ-лузеру морду он еще не отказался.

«Там видно будет… – решил Валдис. – Хорошо, что я все-таки не опездол».

Стоя у писсуара, Топ-лузер пытался соображать, что же ему делать дальше.

Только сейчас он, наконец почувствовал насколько сильно пьян. Но, несмотря на это, необходимо что-то предпринимать, причем немедленно. А предпринимать ничего не хотелось.

«А если я не смогу выпрыгнуть в окно? А ведь я не смогу выпрыгнуть в окно. Что тогда?»

Он представил себе скандал по поводу неоплаченного счета. И Валдиса, который просто так не уйдет.

«Что они со мной сделают?.. Может пойти сдаться? – мелькнула малодушная мысль. – Ну не убьют же они меня, в конце концов? А если и убьют – я, ведь все равно, собирался умереть…»

Тут Топ-лузер вынужден был честно признаться самому себе, что умирать он не хочет, и, более того, в глубине души никогда не собирался. Весь ужас ситуации состоит в том, что сейчас у него не осталось выбора. И в такое положение Топ-лузер загнал себя сам, осознанно, надеясь, что отсутствие выбора придаст ему решительности и сподвигнет на самоубийство. Но получилось совсем наоборот: загнанный в угол зверь вдруг понял, что теперь ему хочется жить больше, чем когда-либо до этого.

Навалилась усталость. Топ-лузер прислонился головой к стене и, закрыв глаза, услышал, как кровь пульсирует в висках.

«Хочу, чтобы все это кончилось», – подумал он, и посмотрел в направление того самого, окончательного выхода. В туалете по-прежнему никого не было.

И загнанному в угол ничего не оставалось, как обреченно пойти в сторону окна, надеясь, всё-таки, что в последний момент, его остановят.

Хоть бы кто-нибудь зашел!

Но как назло никто не появлялся.

И вот злосчастное окно открыто. А там, с той стороны, совсем уж неуютно: темно, холодно и, кажется, моросит дождь.

– Ну и что? – рассуждал Топ-лузер вслух. – Сами туда прыгайте!

С силой захлопнув окно, он стоял на месте и не знал, куда теперь деваться:

– Туда возвращаться? Сейчас Валдис станет требовать пятьсот евро, а официантка – деньги за ужин. И что мне прикажете делать?

В оконном стекле отражалось напряженное лицо, с испугом глядящее на Топ-лузера. Таким серьезным он себя еще не видел и поначалу даже не узнал. Не желая больше видеть испуганного человека в отражении, Топ-лузер снова открыл окно. Он встал поближе, высунулся наружу и посмотрел вниз. Высота была впечатляющей. Почувствовав неприятный щекочущий холодок между ног, Топ-лузер отчетливо понял, что не сможет сделать этого никогда. Наверное…

Меж тем Валдис, с аппетитом доев стейк, разлил водку по бокалам и стал ждать возвращения Топ-лузера из туалета. Но тот долго не шёл и нетерпеливый гость ловким движением опрокинул свои сто граммов. Заел икрой. Затем наполнил рюмку заново, дабы друг не заподозрил его в отсутствии солидарности.

«Ну где он там пропал?» – с нарастающим раздражением думал Валдис.

– Будете еще что-то заказывать? – услышал он. Это была подошедшая сзади официантка, известная нам под именем Линда.

Обернувшись, Валдис отрицательно мотнул головой.

– Вы знаете, у нас, где-то через минут сорок, заканчивает работу кухня, так что, если вы еще что-то будете есть, то это надо заказывать прямо сейчас, – пояснила свою чрезмерную заботу официантка.

– Через сорок минут закрывается кухня? – переспросил Валдис. – А сам ресторан?

– Ну, бар у нас работает до пяти утра, там тоже можно взять что-то закусить: салаты, холодные закуски. Ну если захотите…

Валдис понимающе кивал, как бы слушая неожиданно заботливую Линду, но его все больше и больше беспокоило долгое отсутствие Топ-лузера.

– Вы вообще ничего больше не будете заказывать? – спросила неунимавшаяся официантка. – Ни напитков, ни закусок?

– Нет! – бросил Валдис, которому та стала надоедать.

– Тогда, может быть, я принесу счет? – заискивающе предложила она. – А то моя смена заканчивается, мне нужно сдаться. А вы расплатитесь и можете сидеть дальше…

Валдис, не моргая, уставился на назойливую девицу. До него не сразу дошел смысл произнесенной фразы. А Линда, приняв его окаменевшее лицо за знак согласия, умчалась за счетом.