Бапси Сидхва - Огнепоклонники

Аллен вначале попытался сдержать лавину пышных титулов, которую Фредди обрушил на него, но потом покорился настойчивости приятеля, напомнив себе, что за всем этим стоит лишь желание сделать ему приятное. А вообще Аллен так и не сумел привыкнуть к тому, что простой чиновник колониальной администрации — это лицо, облеченное огромной властью, перед которым лебезят туземцы.

Аллен снял тропический шлем, открыв взгляду пропотевшую, коротко остриженную белобрысую голову, и опустился на стул, услужливо подставленный Фредди. Фредди подтащил поближе собственный стул и спросил:

— Что привело вашу светлость в Лахор? Какой счастливой случайности я обязан столь восхитительным сюрпризом?

— Провожаю супругу. Она уже в Карачи, ее корабль отплывает во вторник. Я решил остановиться на денек в Лахоре, с вами повидаться. Завтра рано утром сяду на поезд — и к жене.

— Столько лет не были в Лахоре и приехали на один день? Как я могу это допустить! Сейчас же позвоню президенту железнодорожной компании, чтоб задержал поезд до вечера. Он мой друг.

— И вполне может пойти вам навстречу — я же вас знаю! — Англичанин улыбался, блестя маленькими голубыми глазками. — Но мне необходимо уехать завтра утром. Не то моя мэм-сахиб явится за мной с метлой.

— Раз так, ничего не поделаешь. Но вечером мы должны отметить ваш приезд в Лахор. И как следует отметить! — объявил Фредди. — Вы занимаете особое место в моем сердце.

Место это было отведено англичанину с той поры, как Фредди оригинальным способом вылечил его от импотенции, за что был вознагражден откупом на торговлю с Афганистаном.

Фредди поманил Харилала, с сияющей улыбкой услужливо крутившегося поблизости:

— Сбегай отыщи Алла Дитту. Он должен быть или около табачной лавки, или на базаре. Приведи его сюда.

Харилал выскочил за дверь.

— Где вы теперь работаете? — спросил Фредди.

— В Бихаре. Чертовски скучное место.

— А как там мой принц?

— Питер? Питер в Англии. Стал настоящим сахибом.

— А моя маленькая златокудрая принцесса?

— Уезжает с матерью. Вы бы не узнали сейчас Барбару… Хуже мальчишки! Ей уже тринадцать. Вечно изводит старого садовника-индуса — делает вид, будто хочет сорвать с него набедренную повязку. Надо видеть, что со стариком творится — хватается за свою тряпку, будто это у него пояс девственности или что-то в этом духе! Супруга надеется, что в английской школе Барбаре хоть приличные манеры привьют.

Харилал впустил в контору Алла Дитту. Алла Дитта, сутенер и извозчик одновременно, соединил ладони передо лбом и склонился в поклоне. В комнате остро запахло потом, чесноком и заношенной одеждой. Роста Алла Дитта был среднего, но очень широк в груди. Огромный плотный живот Алла Дитты выпирал, как будто у него под рубахой была спрятана бомба. Нижняя часть его тела была обмотана давно не стиранным лунги, но грубая сила так перла из Алла Дитты, что он казался непристойно обнаженным. Бритая голова была разукрашена шрамами — следами многочисленных драк. Алла Дитта вошел, горделиво расправил плечи, как равный среди равных.

— Ну что, старый хрен? — по-приятельски сказал Фредди. — Давно не виделись. Где ты прячешь хорошеньких девочек?

— Они к вашим услугам, господин! — откликнулся сутенер.

— Мой дорогой друг Аллен-сахиб проведет всего одну ночь в Лахоре. Я хочу, чтоб для него ты устроил хороший вечер на Алмаз-базаре. Смотри, чтоб девочки были красивые… Виски я привезу… А девочки чтобы петь и танцевать умели… Не как та уродина, помнишь — скрипела не хуже твоей тонги.

— Самые лучшие девочки будут! — пообещал Алла Дитта с уверенностью, напомнившей Фредди их первое знакомство, когда он подрядил этого парня возить товар по ночам перед пожаром. Фредди сразу подкупила уверенность Алла Дитты, а теперь, спустя годы, он знал, что не ошибся в нем.

Договорились о времени. Алла Дитта опять поклонился и, развернув плечи, вышел из конторы.

Мистер Аллен и Фредди поболтали еще с часок, потом англичанин встал, опять показывая мускулистые ляжки. Фредди проводил его к экипажу, арендованному на сутки, и мистер Аллен приказал везти себя в отель «Недоуз».

Фредди велел Харилалу больше никого не пускать к нему и сосредоточился на заказах и счетах.

Около пяти часов Харилал пропустил к Фаредуну Язди.

— Да, Язди? — спросил Фредди, не отрывая глаз от письма, которое читал. — Садись. Что случилось?

Язди присел на краешек стула. Фредди поднял голову. Язди был напряжен до предела, и его огромные мечтательные глаза были непривычно яркими.