Дмитрий Цветков - Anno domini

В конце рабочего дня Вадим позвонил домой и предложил Анне встретить его с работы и посидеть вместе на площадке, впервые в этом году. Жена с радостью согласилась, и пока она добиралась, он достал из ящика стола два свеженаписанных письма президенту и премьер-министру по поводу невыплаты зарплаты в Облавтодоре, перечитал их и, разорвав, бросил в урну. Он не видел более смысла в борьбе со старыми лицами в новой власти. Обо всех, кто оставался в своих креслах от прежнего режима, все было известно не только здесь на месте, но и в министерствах, в правительстве. И если эти люди продолжали занимать свои старые кабинеты, значит, они устраивали новое руководство страны. Каким образом им удавалось удержаться — можно только догадываться, но зарплаты по-прежнему не выплачивались, а виновный начальник спокойно продолжал свою руководящую деятельность.

Когда приехала Анна, они вышли на улицу и обошли несколько только что открывшихся летних площадок, остановив свой выбор на той, которая располагалась за зданием театра, как раз напротив Аниной бывшей работы. Здесь были невысокие цены на пиво, что в данный момент было самым важным фактором для семьи, три месяца прожившей без работы, накопив, таким образом, долгов в несколько тысяч. Вадим заказал два бокала разливного пива и пачку орешков. Бокалы, а точнее — пластиковые стаканы, принесли какие-то маленькие, да еще и с толстой шапкой пены.

— Это что — трехсотграммовые стаканы? — обратился он к жене, как к знатоку общепита.

— Нет, обычные, пол-литровые.

— Что-то мне кажется, не войдет сюда бутылка пива.

— Да нет, это только кажется.

Вадим допил свой стакан и купил пиво в бутылке. Наливал он аккуратно, чтобы не поднималась пена. Когда из бутылки вытекла последняя капля, стакан был наполнен до самого края. Казалось, что над ним даже приподнялась горка пива.

— А ты говоришь — обычный! Что ж это за мир такой? Везде, куда бы ты ни зашел, к кому бы ни обратился — везде тебя стараются обмануть! Что говорить о большой политике, если даже производители пивных стаканов выпускают их нестандартного размера, заранее запланировав обман покупателя!

— Вадик, ну что ты так расстраиваешься из-за ста граммов пива. Теперь будешь знать и покупать только в бутылке.

— Анечка, да разве же я из-за пива расстроен? Я вообще не расстроен. Просто с безнадежностью смотрю в глаза современному обществу. Ложь стала доминантой человечества. Мы все до такой степени к ней привыкли, что принимаем как должное. Я вот возмущаюсь сижу, а ведь не пойду с ними ссориться. Потому что невозможно в этом споре победить. Потому что ложь — это все вокруг, вся наша жизнь.

— Вадик, ну хватит! Мы же отдохнуть собрались!

— Так ведь не дают!

— Я сегодня рассказы Чехова читала. Помнишь, ты говорил о «Свидание хотя и состоялось, но…». Какой классный рассказ! Как раз о пиве.

— Да, я сейчас именно в том состоянии, в котором у него зажглась в голове и груди лампочка.

— Самое главное, чтобы она у тебя не потухла!

— Это точно, иначе полночи тебе придется слушать мои политические выступления, а потом я еще напишу президенту письмо.

Лампочка в голове Вадима с каждой бутылкой светилась все ярче и ярче. Он еще раз в подробностях рассказал жене историю его посещения областной администрации и сегодняшнее прозрение по поводу этого приглашения. Они говорили о Беловых, об отце Вадима, который попросил его принять участие в скором судебном заседании по земельному вопросу. Они снова говорили о религии, о приспособленчестве морали к условиям современного общества. Вадим не мог утверждать, что эти темы были интересны жене настолько, насколько они тревожили его самого, но когда он спрашивал, неоднократно за последние месяцы, у Анны о ее отношении к этим разговорам, она всегда отвечала готовностью поддержать любую интересующую его тему. Хотя бы просто вниманием, потому что в вопросах политики и истории религии она совершенно не ориентировалась. Она просто любила его слушать.

Однажды они пришли к тому, что если бы не его активное участие и постоянное обсуждение с женой политических событий периода предвыборной кампании, то, скорее всего, Анна голосовала бы за провластного кандидата, как голосовали и ее родители, и отец Вадима со своей женой, и Беловы, и многие их знакомые. Только благодаря его объяснениям происходящего, благодаря его рассуждениям вслух она заинтересовалась политикой и задумалась о собственном выборе. И точно так жили миллионы — не рассуждая, не углубляясь. Просто слушаясь мнения большинства. Вадиму так хотелось, чтобы его разговоры с женой открывали ей глаза на окружающий мир, чтобы она сама научилась отличать ложь от истины. Во всяком случае — хотя бы пыталась, потому что — в чем именно есть истина, Вадим, конечно и сам не мог ответить.