Джеймс Миченер - Роман

— Мам, у меня, кажется, что-то с рукой.

С тех пор я больше никогда не играла в мяч.

Поправлялась я долго, и то, что я вынуждена была сидеть дома, сподвигло меня окунуться в мир книг, в тот мир, который тогда был для меня неизведан. Мои вкусы были довольно просты, они характерны скорее для девочки шести-восьми лет. Я до сих пор люблю детские сказки и приключенческие повести. Мне не хотелось читать книги, в которых был хотя бы намек на романтические отношения между мальчиками и девочками, но, когда я штудировала книги, написанные специально для мальчишек, интуиция подсказала мне, что я иду по неверному пути. Только когда мне исполнилось двенадцать (а я все еще сидела дома с переломом), я смирилась с тем фактом, что я. — девочка и пора начинать интересоваться книгами о таких же девчонках, как и я.

В этом мне помог мой дядя Юдах — портной, любивший книги. Это он распознал происшедшую во мне перемену:

— В библиотеке полно книг для: таких девочек, как ты.

И, когда я спросила каких, он принес мне по своей библиотечной карточке «Энн из Грин Гейблз».

— Она произведет на тебя незабываемое впечатление, Шерл.

— Мне не нравится, когда меня называют Шерл.

— Прости. Я не буду больше так тебя называть. Но это действительно хорошая книга, Ширли.

Я взяла ее в руки, взвесила и сказала:

— Тяжелая и, кажется, очень длинная. Не думаю, что она мне понравится.

Он едва сдерживался, чтобы не отшлепать меня:

— Ты слишком маленькая и глупая, чтобы делать подобные ни на чем не основанные заявления. Прочти книгу, она тебе понравится.

— Ты прямо как мама, — засмеялась я. — «Съешь, тебе понравится».

— Ну и тебе ведь действительно нравится.

— Если вкусно, да.

— Эта книга будет очень вкусной.

Вместе с этой книгой, лежавшей на гипсе правой руки, а переворачивать страницы мне приходилось левой, я вошла в новый мир, который нашла необыкновенно замечательным. Я представляла себя сиротой из Канады, что и побудило меня открыть атлас и посмотреть, где находится Канада. Я также исследовала карту, чтобы узнать, где живут Хейди и Ганс Бринкер. И мое географическое образование продвигалось вперед с той же скоростью, с какой расширялся мой эмоциональный мир. Я влюбилась в книги, даже не подозревая об этом.

Однажды дядя Юдах взял меня с собой в библиотеку и показал бесконечные полки книг для детей. Мои вкусы уже приблизились к произведениям, предназначавшимся для тинейджеров, и из них я в первый раз сама себе выбрала книгу — повесть о девочке, похожей на меня, но двумя годами старше. «Каникулы» — так называлась эта книга. Я заметила, что написала ее женщина. Это была история о четырнадцатилетней девочке, которая проводит летние каникулы у тети в сельском местечке Мэн. Читая повесть, я очень реально представляла то, что было описано. Антония — главная героиня книги — ненавидела, когда друзья называли ее Тони, и напоминала мне меня саму. А все действующие лица книги были похожи на моих друзей и родных. Чувство сопричастности было настолько сильным для меня, что я полностью погрузилась в этот мир и переживала за героев книги, как за себя. Придя в библиотеку сдавать книгу, я спросила библиотекаршу:

— Это все было на самом деле?

— Это все действительно произошло, но только в воображении писателя. И, конечно, в твоем воображении тоже. Обмен фантазиями.

После такого удачного начала я принялась читать подряд все книги на Книжных полках запоем. Но мои настоящие приключения начались, когда дядя Юдах сделал мне следующее предложение:

— Шерл, то есть Ширли, я буду платить тебе десять центов за каждую книгу, которую ты прочтешь.

И он повел меня в библиотеку, где выбор был гораздо больше. Чтобы допустить меня до этого нового мира, дядя Юдах выписал на мое имя библиотечную карточку, убедив библиотекаршу, что мне уже четырнадцать. Когда я принесла домой две большие книги, которые выбрала сама, мама запротестовала:

— Разве это можно читать маленькой девочке?

Она хотела, чтобы дядя Юдах отнес эти неподходящие для моего возраста книги обратно в библиотеку, но он не согласился:

— Если девочка не будет взрослеть сейчас вместе с книгами, она вообще никогда не повзрослеет.

К тому времени, как моя рука зажила и гипс был снят, я уже могла отличить хорошую книгу от плохой и незадолго до своего тринадцатилетия заявила родителям и, конечно, дяде Юдаху:

— Когда я вырасту, я хочу стать библиотекарем, чтобы прочесть все книги на полках.