Оганес Диланян - Уролога. net

— Я бы не хотел бездумно повторить то, что написано в учебнике, ведь тогда экзамен превратился бы в фарс! Тогда экзамен — это не что иное, как проверка способности человека запомнить некоторый объем информации, правда?

— Вы абсолютно и непреложно правы!

— И я бы хотел привести пример. Радикальная цистпростатэктомия, выполняемая при раке мочевого пузыря, выражаясь языком философии, имеет два концептуальных аспекта! Первая, доказанная гипотеза о «золотом стандарте» лечения этого тяжкого недуга стадии до Т2С — это явный пример полной, математической индукции. А вот точка зрения о лечебном эффекте той же операции при стадии Т4 — это блестящий клинический пример неполной, энумеративной индукции…

— Коллеги… Я думаю, что мы не будем отнимать время у нашего уважаемого доктора и поставим ему оценку «отлично», верно ведь? — Несколько вспотевший от моего напора профессор достает платок и нервно вытирает лоб. Две женщины, олицетворяющие комиссию, молча и потрясенно кивают. Таки я был прав — онкофобия… Хорошо, что остановил меня, а то у меня к двум другим вопросам примеры были рак простаты и яичка…

— Вот ваша ведомость, Оганес Эдуардович. Вы блестяще знаете философию. И… Будьте любезны, вашу визитку, пожалуйста, — понизив голос, обратился ко мне профессор.

…Забегая вперед, хочу отметить, что давеча я таки удалил камень из его мочевого пузыря. Никакого рака у него, разумеется, нет…

…И вот случилось Диланяну не спать ночью. Материалы для своего сайта он готовил, увлекся малость. Это был последний проект уходящего года, завершением данного проекта запланировал он закончить тяжкий, нудный и тягучий, как мед, 2009-й. Год, кажется, Быка, в котором Диланян выступал исключительно тореодором, чему свидетельство — мультивиза Шенген, поставленная в испанском посольстве.

Ночь близилась к концу, мягкий пушистый снег покрыл полуметровым слоем машину Диланяна. На часах было уже полседьмого, когда Диланян оторвался от клавиатуры, устало потянулся, вызвав шквал треска позвонков поясничных и иных ребер, и выругался. Ядрено выругался, надо сказать. Ибо вспомнил о деле, которое намеревался совершить именно в 2009 году. Дело было тягучее, дело требовало основательной подготовки и сноровки. Надо было сдать последний экзамен. Мозг уставшего уролога заработал четко, по-военно-медицински. И вот что он выдал.

«Перенос дел с 2009 на 2010 год — потеря голубого сияния кармы!» Да, Диланян, несмотря на многобуквие в своих рассказах, всегда умел мыслить коротко. Миг — и решение принято.

Что требуется для экзамена? Реферат. Где добыть? Ну, тоже мне, проблема. Берем последнюю презентацию, удостоенную первого места в сессии в конгрессе аж в буржуазных Европах, выдираем с корнем всю статистику — и вуаля! Поехали…

И поехали. И замечательно, надо сказать, поехали. Сначала вычистили машину от снега, в результате чего проснулись. И Диланян, и совесть. И вот, эта сучка, совесть в смысле, начала нашептывать Диланяну в ухо слова о неподготовленности, о необходимости вернуться и выспаться, о том, что… Диланян на это вежливо ответил, что ежели ему надо готовиться к экзамену по урологии, то грош цена всем его статьям, полгроша его образованию и вообще — позор на седые виски профессора Недутова, чьим учеником он имеет честь являться.

— Здравствуйте, с наступающими праздниками, профессор, — лучезарно улыбнулся Диланян заведующему учебной частью, седовласому профессору Ахромеенко. — Мне бы экзамен сдать, кандидатский минимум.

— Сегодня? Тридцатого декабря? — Неподдельное удивление было написано на лице профессора. — Молодой человек, вы часом не…

— Я в Германии был, — оправдался Диланян. — И в Австрии.

— А, на стажировке? Ну, так это другое дело! Проходите, проходите!

«Диланян, немедленно скажи ему, что ты там катался на лыжах, иначе я начну давить на твой мочевой пузырь», — властно потребовала совесть и стала приводить угрозу в действие. Она всегда именно таким образом мучила Диланяна. Диланян молча проткнул уши совести булавкой.

— Так-так-так… Ну, давайте реферат… Так… — Профессор Ахромеенко взял кипу листов и зачем-то стал внимательно читать. — Молодой человек, а я ведь знаю английский!

— Э-э-э… Кхм… Очень приятно, — растерянно пробормотал Диланян.