Алекс Дубас - Моменты счастья

Мне было немного стыдно своего счастья и хотелось, чтобы дочки этой женщины обязательно нашлись!

Зима. Мне семь лет. Папа принес мне первые мои коньки. В субботу мы собирались на каток. Сейчас среда или четверг, ждать еще долго. Я напяливаю разбитые чьи-то коньки, завязываю, как могу, и шлепаю в них по квартире. По новому линолеуму, мы только переехали в новую квартиру, недалеко от школы. Папа тоже надевает коньки и сетует, что их нужно подточить. Мама ругается, что мы порежем весь линолеум.

1996 год. Я вернулся в Москву из Канады, из Торонто, где я жил. Это было возвращение домой, воссоединение с родным городом. Это был момент счастья сам по себе – то, что я слышу родную речь вокруг, вижу большую семью, не просто соотечественников, а людей, которые говорят со мной на одном языке. Я прямо чувствовал, что это мои родные люди. Это была сильная, конкретная, долгая эмоция. А вообще момент счастья – это премьера спектакля. Когда я выхожу на поклоны и вижу счастливые лица актеров и зрительские лица, и все друг другу аплодируют – это настоящее счастье для меня. Это значит, что я полгода жизни потратил не зря, мы что-то сделали, что-то более или менее человеческое, толковое. Жизнь спектакля потом показывает, насколько толковое – сколько он проживет, год, два, три, иногда шестнадцать лет, как было с «Хлестаковым», никто заранее сказать не может. Но если премьера правильно произошла, то это безусловное счастье. Это аура счастья. Люди счастливы. И я хотел бы сказать: наверное, если бы люди вместе творили, неважно что – кино, театр, создавали прекрасные машины, просто вместе бы творили и радовались друг другу – мы все были бы очень счастливыми людьми.

Конец сентября 2011 года. Стою по щиколотку в воде на одном из бесконечных бразильских пляжей, вдыхая искрящиеся на солнце океанские брызги, протянув руки к небу, и реву от счастья, вспоминая, как за два месяца до этого стояла на берегу Черного моря в Севастополе на шестом месяце беременности и мечтала, чтобы моя дочь родилась в Бразилии, где я никогда не была и никого не знаю… Ура-а-а-а-а-а!!! Мечты сбываются! Особенно те, которые кажутся нереальными… Мечтать и верить!

Лето далекого 1986 года. На мне темно-синие клешеные джинсы старшей сестры, синяя футболка в красную полоску и с красными же шнурками кеды. Другие дети сейчас гуляют по огороженной территории нашего детсада «Кораблик» под надзором строгой Нины Петровны, сутулой и с крючковатым носом воспитательницы. А я пробираюсь через заросли малины к задней части теплицы с огурцами и помидорами, чтобы вскарабкаться на ее крышу! Дедушка забрал меня из садика и взял с собой на дачу! Вот я уже словно кот, балансируя на деревянных перекладинах, иду по крыше теплицы к заветной и самой широкой доске, на которой я помещаюсь, улегшись на нее в полный рост лицом к небу. Откуда-то со стороны слышу добрый и уютный голос дедушки: «Малыш, ну-ка быстро слезай оттуда! Я тебе что сказал?» Но я уже ничего не слышу! Разлегшись на крыше и положив под голову руки, я прищуриваю глаза и смотрю на плывущие надо мной облака. Мне тепло и спокойно. На лице расплывается улыбка. Кажется, это и есть счастье.

Мне шесть лет. Каждое лето мы проводим у бабушки и дедушки в Ростове-на-Дону. В том самом дворе, куда, выпустив детей утром, можно не беспокоиться до самого вечера. Мы придумали себе новую забаву – набиваемся человек по десять в лифт, и тихо ждем, когда кто-то нас вызовет. Человек, вызвав лифт думает, что он пустой, а оттуда вываливаемся мы целой толпой и по очереди здороваемся. Конечно, мы застряли, было дико душно и страшно вызывать лифтера – всем же, наверное, влетит. Через час нас освобождают, наших «подельников» ждут рассерженные родственники, а нас ведут домой на бабушкину кухню за большой круглый стол. Наливают чай с малиновым вареньем, за окнами сумерки, это время ласточек, рядом бабушка и еще живой дедушка, нас не ругают, нет, даже скорее успокаивают, и я ощущаю, что счастлива здесь и сейчас.

Моя мама болеет, ей семьдесят девять. Не рассчитывая особенно на ответ, спросила ее об ощущении счастья в непростой, сиротской жизни. И к моему удивлению, мамочка сразу же, не задумываясь ни секунды (спросите кого-нибудь из нас, вряд ли сразу ответим, будем морщить лоб, напрягать память, стараться что-либо вспомнить…) начала свой незатейливый рассказ.