— Может, я тоже пою красиво, — из принципа спросил программист А., хотя петь действительно совершенно не умел.
— Может и так, — ответила женщина. — Но все остальное на русского явно не тянет.
— И как же этого русского звали? — поинтересовался А.
— Цхиладзе, — ответила женщина.
— Странное имя для русского… — сказал А.
— Вам, русским, виднее… — задумчиво ответила женщина.
Они допили кофе и, пожелав друг другу take it easy, разошлись.
— Абыдно, слюшай, — думал программист А., поднимаясь по лестнице на свой этаж. — И кто же я теперь?
0001000
За спиной программиста А. рабочая группа программистов-индийцев обсуждала дизайн будущего приложения. Обсуждение длилось уже больше часа и, казалось, застопорилось на одном месте. Индийцы добросовестно всматривались в каракули, нарисованные на доске, стирая одни и рисуя другие, но идея не приходила. Программист А. пытался сосредоточиться на своей работе, но и это не удавалось.
— Йех фанкшен хо на чэйи хе, — задумчиво сказал один индиец.
— Нахи, йе просиджа хо на чэйи хе, — возразил другой.
Они опять замолчали и уставились на доску.
— Мера кхайал хаин ки йе фанкшен аур просиджа хо на чэйи хе… — медленно и неуверенно выговорил третий.
Это было уже слишком. Программист А. резко повернулся в своем кресле и сказал:
— Айса нахи карна чэйи хе. Йе фанкшен хо на чэйи хе джо рикерсивли бу ла та хаин!
Индийцы посмотрели на А., потом на доску, потом опять на А., и в их глазах зажегся огонек понимания.
— Рикерсивли бу ла та хаин? — с надеждой переспросил один из них.
Программист А. кивнул, выразительно развел руками и повернулся обратно к своему монитору.
— Лекин, вох сахи хаин! — воскликнул индиец.
0001001
Программист А. сидел у камина в кресле-качалке и задумчиво сжигал рукопись, подкладывая в огонь лист за листом. В правой руке он держал бокал с аргентинским красным вином, а на полу рядом с ним, на медвежей шкуре, стоял поднос с нарезанным тонкими ломтиками корсиканским сыром Brin d'Amour. Терпкий запах вина смешивался в воздухе комнаты с ароматами чабера, розмарина и можжевельника от сыра. Кроме огня в камине, комнату освещали только три свечи на круглом столе в глубине комнаты, и поэтому в комнате царил полумрак. Дрожащие тени на стенах и полу отвечали каждому движению языков огня в камине.
Программист А. задумчиво сжигал рукопись. Вернее, это была не рукопись, а распечатка программы, над которой А. работал несколько лет. Время от времени он задерживал в руке случайный лист перед тем, как отправить его в огонь, и пробегал глазами написанное. Каждая строчка кода была не просто так, в каждом ключевом слове таилось особое содержание, за каждой буквой скрывалось событие прошлых лет. Вот переменная _fuckIt… Глаза А. подернулись дымкой воспоминания… Новые джинсы, порно-сайт, выплывший на рабочем экране по заданному незнакомому адресу, менеджер, тихо подкравшийся сзади, огромный стакан горячего кофе, вылитый себе на колени от неожиданности… Чем было бы имя переменной без этой истории? Так, бессмысленное сочетание букв.
В жизни каждого художника наступает момент, когда рукопись должна быть сожжена, думал А., потому что после какого-то момента накопившиеся воспоминания, связанные с каждой строчкой кода, неизбежно уводят внимание в сторону. Вот знакомая метка BEER, а вот и оператор безусловного перехода GO TO BEER в конце подпрограммы. А. улыбнулся. Конечно, он и тогда знал, что это плохой стиль программирования, и что программа не будет работать! Но друзья уже ждали его в баре, и, подвыпив, звонили каждую минуту по сотовому, и так не хотелось блуждать в саду расходящихся тропок условного оператора.
А. бросил в огонь последний лист и посмотрел, как он съеживается и исчезает. Не то же ли самое происходит с каждым днем нашей жизни, брошенным в камин наступающей ночи? Некоторое время он сидел неподвижно, затем посмотрел на часы. Было девять вечера, делать ничего не хотелось. Программист А. подошел к компьютеру и дотронулся до мыши. Экран монитора загорелся. А. включил принтер, загрузил файл с текстом программы в редактор и нажал Print. Через пятнадцать минут он снова сидел у камина с толстой стопкой распечатки все той же программы и бокалом вина.
— А может быть, рукописи действительно не горят? — подумал программист А.
Читать дальше