Семен Данилюк - Милицейская сага

- Это еще если колонешь!

Выйдя в коридор, Мороз неохотно посторонился, чтоб не столкнуться с напористо шагавшим полковником Муслиным. Попадавшиеся ему навстречу сотрудники, отводя глаза, спешили шмыгнуть к стене. Мороз, напротив, пересекшись с требовательным взглядом, интимно подмигнул. Подначивающая эта привычка, как напоминание о первой, далекой встрече, укоренилась в нем еще с того времени, когда Муслин был просто замполитом райотдела. От подобных игрищ его не раз предостерегал Тальвинский, хорошо изучивший памятливый характер Муслина. Но обожающий риск Мороз не мог отказать себе в удовольствии пощекотать нервы. Не сдержался и теперь.

Но на провокационно-панибратский жест тот ответил мягким движением и даже чуть задержался, чтобы пожать руку.

" Или - это теперь новый начальственный стиль, или - ему от меня чего-нибудь надо", - прикинул обескураженный Мороз.

10.

- Ну, здорово, начальник! - громко объявил о себе Муслин, входя в кабинет.

- Здорово, большой начальник, - Андрей, полный радушия, шагнул навстречу. Крепко сжал протянутую руку, с демонстративным удовольствием оглядывая вошедшего: фигура Муслина оставалась той же, юношески-стройной. И лишь вблизи по пигментированным пятнам на лице да по некоторой вяловатости кожи можно было приблизительно определить истинный возраст. А по обманчиво снисходительному взгляду - высокую должность.

- Я тебя еще не поздравил, - Андрей провел пальцем вдоль погон. Это "ты" - единственное, что сохранилось меж ними от тех времен, когда Муслин состоял у Тальвинского в замах. Пока очень быстро не "выстрелил" наверх.

- Спасибо. Как наш бывший?

- Звонит иногда. Скучно ему на пенсии, - Андрей жестом пригласил располагаться.

- Да, сходят потихоньку старые кадры, - вздохнул значительно Муслин. - В чем не откажешь, умел старик дисциплину держать.

- Понятны ваши намеки. То есть ты по поводу частного определения из облсуда? Прикажете писать объяснение, товарищ полковник?

Тальвинский поднялся, подтянулся официально. Но Муслин лишь покоробленно развел руки.

- Вот ведь характерец. Чуть задень и - сразу в боксерскую позу норовит. Тебя-то, Андрей, как раз по старой памяти выгорожу. Но - что есть, то есть - слишком много возле тебя шума.

- Если ты все-таки по Хане, я думаю, разговор уместней вести при начальнике следствия, - не дожидаясь согласия, Тальвинский нажал на кнопку селектора. - Чекина ко мне.

- Тебе видней, - Муслин натянуто повел плечиком.

- Может, кофе пока?

- Есть! - Муслин радостно хлопнул себя по ляжкам. Удовлетворенно поймал недоумевающий жест Тальвинского. - Я еще входя в твой кабинет сам с собой пари заключил, что ты обязательно в трудную минуту предложишь кофе или чая, чтоб умаслить начальство. И сам у себя выиграл!.. Что делаешь вид, будто не понимаешь? Видел, видел твою секретаршу. Очень...живописная барышня. По-прежнему умеешь подбирать кадры. Кстати, знаешь, кто ее родители? - Откуда? - Андрей пожал плечами. - Вы ж сами на стажировку прислали.

Муслин тонко улыбнулся. Но, расслышав скрип двери, сбился.

Обмер и Андрей. В дверях стоял Аркадий Александрович Чекин - в сером вытянутом джемпере, из-под которого выглядывал ворот байковой клетчатой рубахи, форменных брюках и нечищенной обуви. На правой, неестественно вздутой щеке отчетливо обозначилась гематома - след от удара тупым предметом. Воспаленные глазки его слезились.

- Половником, что ли?! - догадался Муслин. Он был в курсе семейных чекинских проблем.

- Так, домашний диспут. Не поделили, какую передачу смотреть. Но я стоял за программу "Время", - Чекин прокашлялся, быстро проморгался. - Что-то ко мне?

Проклиная импульсивное свое решение, Андрей переглянулся с Муслиным. Тот отрицательно кивнул.

- Да нет, пожалуй, сами решим. Иди, Александрыч.

Едва пожав плечом, Чекин вышел. В кабинете наступило тяжелое молчание.

- Правильно сигнализируют, - веско произнес Муслин. - Ни к черту в отделе дисциплина. А следствие - так просто слов не нахожу. Смотри, как все одно к одному выстраивается. И насчет Чекина - я тебя еще два года назад предупреждал. Помнишь?

- Еще бы, - ни от кого так не доставалось безграмотному в уголовном праве Муслину, как от въедливого Чекина.

- Даже и не знаю, что теперь делать. Вообще-то действительно насчет Хани собирался посоветоваться.

- С Ханей горячиться бы не надо.

- Да никто и не горячится, кроме тебя! - надбавил в голосе Муслин. - Вор он и взяточник. И чем быстрее очистимся, тем лучше. Только вот вижу, гнойник-то куда глубже!.. Я тебя и так покрываю, сколько могу. Мое особое отношение к Красногвардейскому райотделу всем известно. Но - теперь придется докладывать генералу и начинать комплексную проверку исполнительской дисциплины. Другого выхода не вижу. Игрунчики! Они скоро начальнику УВД при встрече подмигивать начнут.